Шеф, месяц назад, сказал мне, что переводят меня с ночной смены на дневную, да и не просто переводят, а переводят аж в гипермаркет достаточно известной сети магазинов. Это не могло меня не обрадовать, потому что сидеть в тесных прокуренных коморках, с полуночи до первых лучей яркого солнышка, за последнее время приелось сильно.
Вписался я в работу на новом месте достаточно легко. Напарник стоял на кассах самообслуживания, в то время как моей задачей было «выполнять команды» Орлиного глаза. Система видеонаблюдения работала процентов на семьдесят пять. Обычно нам поступала информация по рации с описанием воришки, который тупо попался на камеры наблюдения, после чего моя задача – остановить хитреца и попросить открыть сумку. Зачастую пытаются «взять на понт», т.к. все нынче считают себя подкованными оксфордскими адвокатами и начинают твердить, что мы – нелюди, мы не правоохранительные органы и не имеем права такого требовать, а раз надо досмотреть – извольте вызвать полицию. Мы, конечно, так и делаем, поскольку уверены на сотни процентов в том, что перед нами – ворюга.
Ну так вот, моя задача – останавливать этих дам и господ.
Я имею плохую привычку помогать кассирам, ведь они трясутся перед компанией-работодателем, ибо махина – корпорация, увольняет за любую жалобу, даже мельчайшую. В тот вечер, после десяти, я задержался, чтобы помочь Лене с кассами самообслуживания, навести там порядок, вытащить поступившую наличность, а так же достать неиспользованную сдачу.
- Прием, Игорь, ты тут ещё? – скрипучий голос раздался из рации.
Я слышу сухой бас великана Коли. Мужик сидит и наблюдает за жизнью организма-магазина через черно-белую призму Орлиного Глаза.
- Прием, ты не ушел ещё что ли?
- Я вещи собирал. Проблема есть. Пацан в зале бегает.
- Прямо пацан?
- Он между полок петляет, не могу разглядеть.
Я немножко припух. Какой еще пацан? Только недавно делали последний обход и никаких детей не видели.
Мне пришла в голову идея, что опять какие-нибудь недоноски снимают челенджи, где остаются на ночь в магазинах и т.д.
- Ты пойдешь за ним? – затрещал голос на ладони.
Пока я размышлял, время безжалостно утекало.
- Где он?
- Он из молочного отдела бежит в хлебобулочный.
А это совершенно другой конец. Мне от этих проклятых касс туда нестись, по меньшей мере, минуту целую. За это время нарушитель успеет переместиться в совершенно другой отдел, о чем мне будет сообщать Коля, однако в динамике погони в этих лабиринтах продуктов, легко потеряться и упустить воришку.
- Слушай, он ничего не украл, просто выгони его и всё.
Отвечать не стал.
Добежав до хлебобулочного отдела, я на минутку замер, услышав какой-то треск, словно от пылающей древесины.
- Ты че замер, идиот?! Он перед тобой бежит.
Передо мной никого. Пустой коридор со стенами из полок с булочками и батонами. И от них эхом отлетает этот жуткий треск.
- ДА ДЕРЖИ ТЫ ЕГО! ВОН ЖЕ ОН, ДЕСЯТЬ ШАГОВ Б**** СДЕЛАЙ!
Коля перешел на крик, но никого передо мной из-за этого не появилось.
Я сделал шаг, за ним второй, а потом уверенный третий.
И пустота.
Из рации сыпались маты, переминающиеся временами на громкое «хватай».
И этот треск. Он начал отдаляться.
- Ну вот, он убегает из–за тебя, – раздраженно отметил Коля.
Я услышал, как вдалеке хлопнула стальная дверь, послышался топот тяжелых ног.
Треск затих.
Топот сменился бегом. Бег сапог Коли сначала слева, потом справа, один раз он пронесся мимо меня, словно темная фигура.
А я стою на месте, как истукан, не понимая, что сейчас было.
Чувствую толчок.
- Ты чего, Игорек? Ты что творишь вообще? – запыхавшийся бас где-то сзади меня.
- Видел его? – не знаю, почему я спросил это.
- Видел, конечно!
- А не на камеру? В самом магазине?
- Не застал! Убежал, проходимец, видимо.
Мы пошли смотреть записи с камер.
Низкорослая белая фигурка бегала по отделам, нарезая порой круги чуть ли не с момента закрытия. Она бежит от молочного отдела к хлебобулочному, после чего замирает на самом уголке экрана, так, что видно только правую часть его торса.
После чего в другом углу появляюсь я и просто стою на месте, щурясь туда, где, я думал, была пустота.
Потом фигурку убежала, пропав в отделе с алкоголем.
- Помехи что ли? – вопросительно посмотрел на меня Коля.
- Я надеюсь.
И вот честно, хочу верить в это до сих пор, по сей день надеюсь на помехи, ведь я работаю в этом «гипере» и сейчас.
