1. Виталий Гельвер вспомнил суровую службу в строительных войсках Забайкалья: «По какой-то нелепой случайности попал в стройбат, весна 77-79. В отряде было пять рот, три строительные, одна авторота и пятая работала в Чите на механзаводе, БПК и отапливали окружной госпиталь.
В карантине послушав истории о забайкальских зимах, на самом деле оно так и оказалось. Первая зима была хороша, а вторая оказалась ещё морознее - было где то до -52 или -53 градуса.
Представьте себе - даже при -35 или -40 градусах и надо класть кирпичи… Дни конечно актировались, но не помню при каких температурах.
Встал конкретный вопрос - как тут выжить? Верным шансом был вариант - учебка в Песчанке и ты с корочками, балдеешь зимой, в сильные морозы у котла. Другого выхода не было, пришлось попотеть в учебных классах летом, в жару, в учебке.
Но зато зима в тепле, почти каждый день мылись, в общем всё получилось как в лучших домах.... Строительные роты каждый выходной ПХД, борьба с живностью, а мы это делали раз в месяц.
Строительные роты многие уезжали должниками т.к за всё высчитывали. У меня же оказалась почти тысяча наших советских рубликов на дорогу. Кочегарка окружного госпиталя помогла выжить в суровых условиях Забайкалья…»
2. Николай Крюков поделился тонкостями воинской службы в строительном батальоне: «Про сон на посту... Стройбат, Читинская область 645 ВСО. На посту, в штабе пропал карабин у часового из комендантского взвода. Молодой грузинчик банально проспал...
Подняли и построили все три роты в пять часов утра. Обыскали все помещения, ничего не нашли. Стояли на плацу очень долго. Через какое-то время стало известно - то ли старшина, то ли зам ком роты зашёл в штаб и прихватил оружие.
Повод - вроде ранее на гауптвахте между прапором-офицером и этим грузином произошёл конфликт. Карабин был пронесён по территории части метров триста и заброшен на крышу столовой, тоже на территории части. Вроде замяли инцидент и никого не наказали. Кроме конечно грузина...»
