Сергей Урсуляк спустя годы после “Ликвидации” взялся за одесскую тему. Теперь в чисто юмористическом ключе. Он экранизировал несколько рассказов сатирика Михаила Жванецкого. Несмотря на то что Михаил Михайлович один из самых популярных писателей и у нас, и на Украине, его творчество до сих пор не привлекало внимания кинематографистов. И понятно почему.
Фильм “Одесский пароход” это не полноценное кино, а этакий капустник. Неслучайно его показали к новогоднему столу. Что-то из разряда незабвенных “Старых песен о главном”. Жванецкий, безусловно, величина. Его можно не любить, но стыдно не знать: как Пушкина, Пришвина, Солженицына или Шолохова. Вроде, юморист - в классики таких записывают со скрипом. Но Чехов, Аверченко, Зощенко все же прорвались сквозь стереотип о том, что русская литература - это обязательно о страданиях. Хотя Чехов для верности все же написал несколько грустных драм, попутно навсегда изменив мировой театр. Но вот Жванецкий как раз совсем не драматург. Слушать его интереснее, чем смотреть на воплощение другими артистами. Он автор-исполнитель. Это как с бардами. Лучше Высоцкого, не имевшего голоса, никто его песни не споет. Так и с Жванецким. Может быть, только другой одессит Роман Карцев мог передать его интонации.
“Одесский пароход” своим названием отсылает нас к событию вековой давности, когда Владимир Ильич забеспокоился, что в России слишком много умных людей. По сравнению со своим преемником он эту проблему решил по-интелигентски мягкотело: просто выслал наиболее подозрительных за пределы страны. Фактически даровал жизнь и свободу. В публицистике закрепилось такое выражение, как “философский пароход” (вообще их было два - умников набралось чуть больше, чем могло вместить одно судно). Это была та, другая Россия, которой больше не увидеть. Вот и “Одесский пароход” это воспоминание о приморском городе, которого ведь больше нет в том виде, в каком он вошел в фольклор. Одесса находится в другом государстве. И в конце фильма мы видим, что декорации типичного одесского дворика, который покидает Жванецкий, находятся в Москве. Любимая Одесса существует лишь в воображении. Реальная осталась на своем месте, но уже сильно изменилась. Ибо все течет.
Фильм Урсуляка балансирует между новогодним мюзиклом (песен советских ВИА звучит предостаточно) и старым добрым “Городком” с Олейниковым и Стояновым. Не думаю, что эту работу станут часто пересматривать, даже ради любимых артистов, а звезд здесь лишь немногим меньше, чем на небе. Но каких-то поклонников “Одесский пароход”, вероятно, возьмет на свой борт.