Когда у нас ещё не было Дениски, я, бывало, иногда мучилась вопросом: а мне правда нужен ребенок? Или я просто хочу быть как все? Ну что, у всех есть дети, а я разве хуже? Нет, не хуже, может, даже и лучше…
Конечно, я слышала про то, что ”дети — это смысл жизни”, “пока у меня не появился ребенок, я не жила” и прочее в таком духе. Признаюсь, это не воодушевляло, а наоборот казалось очень странным. Мне и сейчас это не кажется нормальным.
По-моему, если изначально нет четкого и ясного понимания, что ребенок необходим и без него жизнь неполная, то крайне трудно понять, действительно ли он тебе нужен. Ну а как можно хотеть то, чего у тебя никогда не было? Ну это примерно как… ну вот вы хотите стать обладателем адронного коллайдера? А? Не знаете, что это? Так вот, с детьми то же самое.
Все кричат, что дети — цветы жизни, при этом большинство крикунов вздыхает и задумчиво спрашивает: “Да когда ж они уже вырастут?..” И это тупик.
Благодаря тому, что Денис никак не рождался по мановению волшебной палочки (гм, двусмысленно как-то звучит), у меня было много времени, чтобы окончательно понять, чего же я хочу. Пять лет времени. Когда я поняла, что да, я хочу ребенка и не боюсь быть мамой, он и получился. Я даже помню тот день, когда я перестала бояться.
Всю первую половину беременности я волновалась: вдруг что-нибудь пойдет не так? А потом была просто счастлива.
И вот за пару недель до рождения Дениски постирала я его вещи. Ну, не рядить же его в непостиранное. Яжемать, в конце концов. В общем, постирала органическим порошком все вот это малышовское приданое: пеленки, шапочку, носочки микроскопические. И бодики. И вот они висят на сушилке в комнате (потому что у нас балкона не было). Естественно, я каждый раз в комнату захожу и вижу их. И так странно мне, что у нас дома эти малюсенькие одежонки висят. Человек вроде как ещё не совсем тут, а вещички его — вот они, рукавчики эти десятисантиметровые свесили.
И такие они в нашей квартире неожиданные были, такие милые и, оказывается, долгожданные, что я как начала рыдать огромными гормональными и просто человеческими слезами, так и закончила только через две-три недели после его рождения. Вот такими слезами!..
Ситуация на самом деле была странноватая, и даже беременным мозгом я это понимала. Ну посудите сами: взрослая женщина, вроде как в здравом уме, видит детскую одежду и начинает заливаться слезами. Лично я была в шоке. Но остановиться не могла. Да и зачем…
А на днях захожу я с прогулки домой. В коляске спящий Денис. Голодная, как волк. Нагулялась за три часа. Дома, конечно, будто бомба взорвалась, но теперь это простительно — у нас же ребенок. Вдруг вижу: в проеме двери в комнату стоят резиновые сапожки. Денискины. Маленькие, беспомощные какие-то на фоне всего большого.
И так хорошо стало. У нас есть маленькие детские сапожки. И есть, на кого надевать их.
Юлия Болтнева