Вечером ко мне домой припёрся Перепёлкин и говорит, такой:
- Хошь на Камчатку поехать? В ноябре билеты дешёвые. Полезем на Ключевскую сопку.
Я согласился. В университете отпросился, - сказал, что еду собирать материалы к диплому.
Собирались достаточно мобильно, раскладку купили за три дня, сухарей насушили без проблем, (Василий сушил), железо мне по сусекам наскребли.
Заявили поход в турклубе.
Попутно была получена задача: передать вулканологам журнал «Интеллектуальное зодчество», где была статья про Ключевскую, одного из учёных.
В Шереметьево-1 прибыли к 14:00. Газ брать не стали во избежание недоразумений с работниками аэропорта.
Без проблем прошли бы и взвешивание, но поломался транспортёр, аккурат перед Лёхиным рюкзаком. Очередь недовольно заворчала. Пришлось самим, в порядке инициативы, перетаскивать рюкзаки по ленте вручную.
Ближе к концу полёта над белыми облаками взошёл яркий диск солнца.
В 10:30 по местному времени приземлились в Петропавловске. Вася кувыркался по землице-матушке, а я танцевал, чтобы поразмяться, и снимал аэропорт, но вовремя подоспевшие аэропортовские службы пресекли съёмку.
Поучили вещи на выдаче, прокатившись пару кругов на местном ленточном транспортёре (традиция такая).
Доехали на автобусе из Елизово до Петропавловска.
Автобус до Ключей на этот день мы уже проворонили, поэтому взяли билеты на завтрашний рейс. Вообще, билеты здесь на подобного рода рейсы, берутся за сутки. На автовокзале решили не располагаться на ночлег. Больно многолюдно.
Остановились в гостинице «Гейзер», сняв двушку на троих недорого.
Кинули барахло в номер, и пошли в спортмаг за газом. Газ оказался только в одном из трёх магазинов. В одном экземпляре. Взяли его и начали любезничать с продавщицами. В результате получили: точный телефон местной станции МЧС, и описание, как доехать туда. А регистрация необходима, ибо тогда спасут на халяву.
А так,- за счёт спасаемого.
В МЧС нас зарегистрировали, но припугнули камнями и медведями. И еще припугнули тем, что в ноябре никто не лазит на Ключевскую, кроме больных, вроде нас.
Распрощавшись со спасателями, мы сходили на рынок на КП, купили там рыбы, и устроили праздник живота в «Гейзере». Когда турист сыт, дык, и ущербу меньше.
Утром встали в 7:00, похряпали, собрались.
Тронулись до ближайшей АЗС, (в двух шагах от гостиницы у дороги).
Набрали бензину для мультитопливной горелки в пластик.
Автобусов от станции идёт два. Один потом поворачивает на Эссо.
В пути у автобусной пары обычно три остановки.
Перекус, у палаток и тётек с пирожками, потом обед, в кафе «Таёжное».
3-я, остановка, - переправа через р.Камчатка, на понтоне, который сцеплен с толкачом. Виртуозным манёвром, вгоняя толкач в циркуляцию, капитан чалится там, где положено, а не там, куда несёт река, несмотря на сильное течение.
В Ключи прибыли в 19:00.
Дотопали до гостиницы вулканологов, которая оказалась пустой и запертой. Пришлось в сопровождении местных ломиться по близлежащим домам и искать кого-нибудь, кто хоть как-то имеет касание до вулканологии. Нашли.
Встали биваком, прямо не обламываясь, около домов.
С утра пораньше местный дядька Геннадий на своём микроавтобусе забросил нас под вулкан. Но сначала Вася зашёл к проф. Деменчуку, и осведомился о погоде и обстановке на сопке, а также о координатах домика вулканологов на горе. Контрольный срок нашего выхода в люди определили первым ноября. Во избежание.
Высадившись из машины, подогреваемые солнцем в правый бок, за 3:30 пробежали мы по дороге 9км, и встали на постой в первом домике вулканологов на 900м.
Дрова в домике имеются, печь в порядке.
Лёха с ней поговорил, и она стала сговорчивее. Имеется даже чайник, что обрадовало. Снег местный проперчён вулканическим пеплом. Когда топишь снег в посуде, на дне посуды остаётся тёмный осадок.
На стенах домика автографы посетителей, туристов, учёных, лыжников.
География самая неожиданная. Поляки, японцы, американцы, местные.а Перепёлкиным целая стена с автографами.
Переночевали с комфортом.
Оставили часть жратвы в домике, пожрали и попилили до вулканостанции «Цирковая 1».
Погода прекрасная, - солнышко светит.
В 16:00 обедали уже на вулканостанции. Замечательное сооружение, с тамбуром, тремя нарами, (буквой «П», и двумя затянутыми полиэтиленом окнами. Бетонная блочная мазанка с нежилой пристройкой и чуть дырявой печкой. На крыше наледь. Автографов немного, 86-й, и девяносто- какой-то год. Сзади домика воткнута антенна, на ближайшей высоте стоит триангулятор. Внизу – кратер, напоминающий амфитеатр.
На дне пустые канистры из-под соляры, видать использовался как вертолётная площадка.
Пообедали, и пошли ломиться наверх, покуда погода хорошая.
Преодолели ряд селевых промоин и «каньонов», от 10 и до 100м по высоте.
К вечеру видимость, понятное дело, ухудшилась. Потом поднялся ветер.
В 19:40, когда уже заметно стемнело, решили ставиться на ночлег.
Ветер усилился, что ускорило процесс сборки Синтовской палатки.
Видимость ухудшилась до ста метров, но нам это было уже по барабану, палатка уже стояла ровно.
Выпили чайку, поели супца, и завалились спать под нарастающий шум ветра.
30 октября ночь выдалась морозная.
Дуги у палатки гнёт, мы их поддерживаем, как атланты, чтобы коденсат не капал на спальник. Васиному талисману - плюшевому кролику, висящему под куполом палатки, приходится нелегко, ибо он как маятник Фуко, постоянно в движении.
Попали мы, короче говоря, в циклон.
С такими мыслями и уснули.
С утра проснулись, соорудили пожрать. Видимость снаружи нулевая. Молоко.
Однако к 16:45 появилось окно. Собрались мы борзо, и тронулись наверх.
У Васи разболелось колено, но собрав волю в кулак, он всё равно пёр как танк.
После восхождения пошерстили вниз, пока погода позволяет.
Когда в очередной раз стемнело, луна освещала нам путь как фонарь.
К 21:40 дошли до «Цирковой 1», протопили печку, растопили наледь, и залегли сушиться и спать. Перед сном, как водится у добрых людей, поели от души.
С утреца встали, поели, собрались, оставили в домике строительную каску и очки с рабочими перчатками, которые теперь не пригодятся.
В 11:00 вышли и без перекуров за полтора часа доскакали до первого домика.
Ночью кто-то шуршал в доме. Все напряглись, лёжа в спальниках.
Я как заору:
МЕДВЕДЬБЛЯ!
Врубили налобные фонари.
Ощутил я себя уже стоящим на полу в ботинках, и с ножом в руке.
Осветили фонарями нашу цитадель.
Какой-то мелкий наглый мышь, хряпал общественные макароны и хрустел так, как будто на вулканостанции он один.
Хотели публично высечь плетьми, но не стали обижать зверюгу.
Лёха ночью колол дрова, поддерживал тепло.
Дальше у нас был необременительный спуск и поездка сквозь пургу в Эссо, на источники, а потом к Океану.
Через месяц вернулись домой.