мне всегда справедливо казалось, что я не вписываюсь.
я помню себя ребенком одиноким, но самодостаточным. долгое время, пока кто-то не показал, что это ненормально, я спокойно тусила в обществе берез, высокой травы, швабры с длинной гривой и мотков ниток мулине. я не помню комплексов, я не чувствовала себя хуже других, и в целом в отсутствие людей я здорово придумывала всякие миры, истории, приключения с собой в главной роли и без проблем в этом жила. сейчас я как будто бы возвращаюсь в это состояние, и только недавно осознала, что иду знакомой дорогой, а не выдумываю путь заново.
помню, мы жили в москве, а одним летом приехали в самару. я тогда храбро подошла к светловолосой девочке и предложила дружить. равноправия в тех отношения не было. вообще, вопрос осознания собственных прав у детей не особо четко определен, потому что часто, если не сказать всегда, дети находятся в подчиненной позиции, а в некоторых токсичных семьях ребенок еще и всегда не прав. я не могу сказать ничего плохого про мою семью, но я всегда пытаюсь что-то заслужить и быть хорошей, а это и без психолога понятно, что паттерн родом из детства. кто-то выныривает с чувством вины и слабостью, а кто-то с тем же, но еще со щепоткой насилия. в том дворе было всё, и летящие в меня камни, и постоянные пересказы чужих тайн, и мальчишьи шутки про секс с девочками (сюрприз!) в позиции унижения, и враньё и воровство, конечно. я знаю, что местами помню неправильно и не пытаюсь излишне драматизировать, но я почти уверена, что не была счастлива и свободна, а глаза открыть сама себе не могла.
откуда вообще идёт эта установка, что у человека обязательно должны быть друзья, партнёр или партнёрша, какие-то видимые успехи? гоняясь за видимым, упускаешь невидимое, а я романтично уверена, что невидимое важнее.
мне нравятся слова. когда я читаю или пишу, они словно выпрыгивают на меня, ярчеют, как в караоке, обращают на себя моё внимание. некоторые слова пахнут, очень многие слова возвращают в прошлое. часто я говорю что-то только ради звучания именно тех слов, болезненно осознавая, что меня скорее всего неправильно поймут, но остановиться не могу. а ещё я всегда считала, что люди думают и чувствует то же, что и я. а недавно очень удивилась, узнав, что скорее всего у людей внутри всё наоборот. теперь, зная это, я постоянно спрашиваю у других, что они имеют в виду, и чувствую себя еще больше сторонней наблюдательницей, чем когда-либо чувствовала себя участницей.
мама говорит, что отстранённость - черта писателей и творцов, и я очень хочу считать себя писательницей и писать стоящие вещи, пусть даже для меня одной, просто выпускать нутро и видеть, как строчки с курсором сбегают вниз, за границу экрана. только вот страшно, что стать писательницей означает перестать быть всем остальным.
