Среднестатистический зритель 1970-х сочувствовал Жене Лукашину и надеялся, что у него всё прекрасно сложится с блондинкой Шевелёвой. И — полагал, что Ипполит Георгиевич получил хоть и по заслугам (ибо нудная железяка), но всё же немного жаль его — мокрого-то на мороз. Нынешний взгляд много иной — все дружно жалеют добытчика-Ипполита, презирают Женю и твердят, что Надя — тотальная идиотка, раз побежала за каким-то мамкиным дурачком в стольный град — позориться. Замечу: и там, и тут — Ипполит вырисовывается жертвой. А он — спасённый!
Ему страшно повезло. Это его благая Судьба преподнесла подарок в виде пьяного Лукашина, в которого яро вцепилась эта нуднейшая меланхоличка, учительница-гуманитарий, что много знает, но как-то «бедно», односложно выражает мысли. Мило-тонко уныленькое бренчит — о, да, как принято в её интеллигентной среде. Вся такая уставшая от бытия. Брошенная (или полу_брошенная) каким-то женатым искателем «чувств» на стороне. И уж Ипполит понимает, что любви ждать не придётся, а Надя, как ни задаривай её французскими парфюмами, в любой момент — спрыгнет.
Что она и сделала. В самом начале. «Вагончик тронется — перрон останется». Надя запрыгнула в последний вагончик, оставив растерянного Ипполита, которому по сути подарила шанс на достойную зрелость-старость. Ипполит всю жизнь ходил «по прямой», никогда не сворачивая и выполняя все свои обещания. Шевелёва — безалаберная и скучная одновременно! Она ему давно и крепко надоела. Однако же оставить её, кинуть накануне свадьбы, он попросту не мог. Не посмел бы. Но тут — Лукашин, ночь, ...пьяная компания, где «подогрели / обобрали» или ещё что-то в этом роде.
Ипполит раскрепостился, отпустил вожжи и — приехал. К выводу приехал. «А мне же, ёлки-палки повезло!» Я могу теперь не жениться на этой вобле с её песенками и вечной зелёной тоской по бросившему её «женатику». Читать в глазах укор и ...самому готовить себе завтрак. Да, пора жениться. Но... Вот это — не выбор. Но он сделан. Был. Судьба распутала все нити. Дала шанс. Безусловно, Ипполиту жаль, что бывшая прямая линия сделалась кривой и теперь надо как-то всё выпрямлять. Но - свободен. Может, немножко подбухнёт, но недолго. А женщина ему найдётся.
Zina Korzina (c)
P.S. Я категорически отвергаю якобы-продолжение, снятое в постсоветские времена и не считаю его частью гениального рязановского телефильма.