Птица выбирается из яйца. Яйцо — это мир. Кто хочет родиться, должен разрушить мир. Птица летит к Богу. Бога зовут Абраксас (с) Герман Гессе «Демиан»
Это удивительный, тонкий, малоизвестный и недооцененный фильм-шедевр, созданный на границе арт-хауса и экшена, который несправедливо прошёл мимо зрителя.
Идея создателя фильма "Eloïse" Хесуса Гарая, ставящего акценты в своём рассказе о противостоянии и дружбе главных героинь повествования Асии и Элоиз как Света и Тьмы, на аллюзиях и цитатах романа «Демиан» Германа Гессе, становится яснее с каждой минутой экранного времени, несмотря на принятое в прокате странное название, а минималистичная и уместная арт-хаусная интродукция картины в духе юнгианского психоанализа сама по себе заставляет оторваться от попкорна и перейти на более серьезный настрой. Перевод в российском прокате названия фильма как "Дневник лесбиянки", ведь «кто такая для русского человека эта «Элоиз», "а кто такие лесбиянки, в России знают же все", - не совсем раскрывает заявленную тематику, как, впрочем, многие и многие фильмы, в названиях которых для российского проката содержатся не связанные с оригинальными титулами интерпретации. Например, не осведомлёны, видимо, наши зрители и о том, что такое сноубордизм и скейтбординг, а потому, например, фильм «Девушка из Шале» Фила Трэйла в прокате тоже странно назван «Как выйти замуж за миллиардера», и от чего кто-то, скорее всего, словил лулзов. С такими постмодернистскими штучками современный зритель сталкивается уже не впервые, начиная с сериалов, где повествуется о бытовых проблемах часовыми монологами из Шекспира ("Ходячие мертвецы") и заканчивая романами Пауло Коэльо.
Фильм достаточно герметичен, хотя и внешний поп-арт стиль повествования если и не ломает барьеры между его сущностью и видимостью, то примиряет хотя бы эти две крайности.
Это фильм-притча, фильм-сон, фильм-зарисовка, и он вызывает сострадание к искушаемой злом душе, и говорит немало об одиночестве среди, казалось бы, самых близких людей, - матери, возлюбленного и возлюбленной.
И мы пойманы видео-артовским приёмом, который проводит нас через бесконечный ряд инсталляций: больница, лицо матери, реплики молодого человека, подвеска с Ангелом... и кажется, что эти кадры здесь только для того, чтобы сделать акцент на его крыльях, — странным образом контрастирующие с безвыходностью странного бассейна, откуда потерявшийся Абраксас не может выйти.
«Эмиль Синклер» сегодня всё чаще рождается в женском облике, и то долгое молчание, которым мир обходил за редкими исключениями духовным мир женщины, компенсируется сегодня романами и фильмами о становлении женской души как души Человека. В фильме мы видим, как душа протагониста (Асия), приходящая в мир Ангелом, сталкивается с Абраксасом и вынуждена или принять свою Тень по роману Германа Гессе «Демиан» (который в начале повествования читают и её антагонист (Элоиз), и случайный спутник в школе), приняв правила игры и печать Каина, отдав свою Силу Злу, — через недуальный танец со своей Тенью в том самом индиго-пространстве — бассейне, откуда нет выхода, как из отеля «Оверлук» в «Сиянии», — или попытаться остаться в своей невинности как можно дольше. И этот конфликт в фильме разрешен даже без тени нагнетания саспенса, но, по Борхесу, этот сюжет всё-таки о самоубийстве (или убийстве) Бога внутри нас.
Я не так и часто сталкиваюсь с таким уважением к внутреннему миру молодых людей, как в кино, так и в жизни. О них снимают или жесткий патологический психоанализ, или социалку в чистом виде ("Класс», «Яма», «Школьный Стрелок», особенно «Что-то не так с Кевином»).
Правда, "13 причин почему", "В поисках Аляски", "Точка Отсчета", "Одуванчик", «Донни Дарко», "Keith", «Умница Уилл Хантинг» или «Соединенные Штаты Лиланда», советский «Вам и не снилось» хотя бы «покусились» на уважение к подростку, почти разорвав этот шаблон предвзятости, изобразив его полностью равным взрослому.
Думаю, в этом жанре законченным произведением является «Я и Ты» Бернардо Бертолуччи. И Хесус Гарай, один из немногих, попытался пройти чуть дальше предшественников, показав нам драму души подростков, как показали бы драму взрослых, но и он тоже оборвал своё повествование, не всем объяснив то, что он подразумевал как художник. Но даже в таком незаконченном состоянии фильм стоит внимания зрителя, который хочет понять душу молодых людей не как «отдельную форму жизни», приглядываясь к ним как к жабе в террариуме, как это часто делают родители, со смесью страха и отвращения, высокомерия и непонимания, - а с любовью, вниманием, уважением и неунизительным состраданием, в чём режиссёру очень помогает блестящая игра Дианы Гомес, превосходно раскрывшей нам внутренний мир протагониста как взрослого и состоявшегося человека в 16 лет. Пожалуй, кроме неё это удалось только Нине Добрев в «Дневниках Вампира».
Мы видим, как Тень постепенно поглощает в Асии Ангела, мы видим как Тьма касается её через искушение любовью с Элоиз, тревожно передавая эти чувства в обеих девочках, и мы видим и другую сторону псевдоэмансипации, — устранение отца авторитарной матерью, который только и смог передать своему ребенку дразнящий фальшивый ангельский отблеск в виде подвески, но не смог защитить дочь в реальности и стать для неё Ангелом. Мы видим, что постоянная тревога на лице Элоиз — дочери парочки хиппи, завсегдатаев Этно Лайфа или Рэйнбоу, веганов или нью-эйджеров — этот тот самый Демиан для Эмиля Синклера, который так же, как в первоисточнике Гессе, предсказывает конец света, но этот конец, как и в «Донни Дарко», здесь будет опять только личным делом каждого.
Ассоциация с видео-артом прослеживается и в том, что в фильме нет ни морализаторства, ни личностного роста, ни оценочных суждений, есть только повествование. И надо отдать этому должное: в нём Хесус Гарай с помощью не менее великолепной работы оператора Карлеса Гуси виртуозно переходит к другому жанру, - реалистично погружая зрителя и в музыку, и чувства персонажей, и цвета, и запахи, чем позже бессознательно поразит нас создатель «Жизни Адели» Абделатиф Кешиш, тоже стирая границы между экраном и зрителем, - к медитативному кино.
Конец, тем не менее, дарит некую надежду, пусть и странную, на то, что «Эмиль Синклер» (Асия) не превратится в Степного Волка и не пройдет вторично через ад сделок и борьбы со злом.
Девочка уходит, вырываясь из индиго-красок к Свету, оставляя всех «профанов» в этой истории сожалеть о том, что они были недостойны и её ангельских крыльев, и её ухода, да и её самой тоже.
А мы видим, что Angry Bird Абраксас, захватившая в клюв душу Асии, побеждается Ангелом, который, может быть, возродится теперь уже в Натаниэле, её парне: «Отдайте! Я буду его носить», — говорит он об отцовской подвеске её матери.
А может быть, эти злые птицы как часть общества консьюмеризма и инет-зависимостей будут бессильны и против других молодых людей? Как знать, возможно, не так уж сильны сегодня и печати Каина, и магические театры. А возможно, тем, кого Ангел не забирает вовремя из этого мира скорби, придётся пройти свой путь, как в «Чернилах» Джеймин Винанса или во «Враждебных Воронах» Лаури Брюстера, чтобы болью вернуть себе Чистоту?