Любимое детище царя-преобразователя оказалось мертворожденным
Известно, как мечтал Пётр Великий превратить Россию в морскую державу и какое внимание он уделял строительству русского военно-морского флота. Но затратив на это дело колоссальные ресурсы и усилия, он добился более чем скромных успехов.
Азовская лужа
Сначала Пётр намеревался вывести Россию к Чёрному морю. Предпринятые им два Азовских похода увенчались победой в 1696 году: устье Дона было присоединено к России. Флот не принял никакого участия в этих походах – ни одно большое судно не было готово. Ко Второму Азовскому походу смастерили лишь некоторое число галер, но они оказались бессильными в борьбе с турецкими кораблями. Азов был взят усилиями одной сухопутной армии.
Намереваясь продолжать борьбу с Турцией за выход к Чёрному морю, царь приказал развернуть в Воронеже и окрестностях множество судоверфей. Вековые дубовые и сосновые леса сводились на юге России сотнями тысяч гектаров. Всего был заложен 51 крупный корабль (в том числе 11 с вооружением от 52 до 70 пушек), из которых всего только 17 были спущены на воду и дошли до Азовского моря (крупнейшие из них – 62-пушечные «Дельфин» и «Вингельгак»). Остальные не были достроены и сгнили на верфях.
Вышедшие в море, впрочем, постигла не лучшая участь. В 1711 году Пётр проиграл Турции новую войну и отдал все завоёванные в 1696 году азовские берега и порты. Те корабли, которые не успели сгнить, пришлось сжечь или разобрать на дрова.
Балтийское болото
С начала Северной войны (1700-1721) развернулось строительство флота на реках Невского бассейна. Кораблей в Балтийском море удалось построить существенно больше, чем в Азовском. А поскольку война закончилась победой России, то вроде бы и применение им нашлось. Однако при подробном рассмотрении эти первые успехи русского флота оказываются фикцией.
Из 46 кораблей, построенных в 1702-1707 гг., в сражениях не принял участия ни один – все они оказались непригодными не только к бою, но и к плаванию. Из 20 крупных кораблей, спущенных на балтийскую воду в 1708-1713 гг., до конца войны дожил только один, причём лишь три корабля выбыли по боевым причинам; 16 штук просто сгнили. Наконец, с 1714 по 1721 год было построено ещё 30 больших судов русского Балтийского флота (крупнейшие из них – 90-пушечные «Лесное», «Гангут» и «Фридрихштадт»). Однако уже после смерти преобразователя в 1725 году в море из них выходили только три корабля; прочие были к плаванию непригодны.
За всю Северную войну русский флот вывел из строя лишь один шведский линейный корабль. Это не просто скромно, это вообще никак. Операции русского флота ограничились подвозом десантов на гребных судах – галерах. Победа над Швецией была одержана сухопутной армией в Финляндии и союзниками – Данией и Польшей – на севере Германии.
До следующей войны со Швецией (1741-1743) из всего множества петровских кораблей Балтийского флота дожил только один – 70-пушечный линейный корабль «Святой Александр». В сражениях и он, впрочем, ни разу не участвовал.
Гигантомания Петра привела к закладке на верфи в 1723 году 100-пушечного монстра «Пётр Первый» (переименованного при спуске на воду в 1727 году в «Петра Второго»). В море он перестал выходить уже через девять лет после первого плавания, а в 1752 году был разобран на дрова.
Нормальным сроком службы парусного корабля в то время считалось 25-30 лет. Строить на меньшее время не имело никакого смысла. Между тем, срок боевой службы петровских кораблей ограничивался несколькими годами (если корабль не тонул сразу при спуске на воду, а последнее не являлось редкостью). Это была самая настоящая растрата человеческих и природных ресурсов России. Как пишет историк Вячеслав Красиков, «если бы шведскому королю в конце 17 века удалось внедрить в русское правительство на самый высокий пост шпиона-диверсанта, то и сей злодей вряд ли сумел бы сделать больше».