В 2000-е годы россиян шокировал тот факт, что на стороне бандподполья в Чечне и Дагестане воюет немало этнических славян, принявших ислам. Между тем, случаи перехода русских к горцам были и в XIX веке. Вместе с мюридами Северо-Кавказского имамата в набегах на бывших соотечественников принимал участие казак Дмитрий (Яшка) Алпатов, которого за «удаль» высоко ценил сам имам Шамиль.[С-BLOCK]
Из казаков – в чеченцы
По мнению историка Дмитрия Овсянникова из Санкт-Петербургского госуниверситета, «инородцы» в рядах горских повстанцев встречались достаточно часто – преимущественно это были бывшие русские военнопленные или дезертиры. На Кавказе о подобных «казаках-разбойниках» слагали песни, однако эта тема не слишком разработана в отечественной историографии.
Жизнь Яшки Алпатова известна по очерку казачьего генерала Фёдора Чернозубова, опубликованному в 1912 году в журнале «Русский Архив».
Алпатов был уроженцем станицы Наурской, имел жену и двух детей. В 1842 году он попался на воровстве, за что подвергся прилюдной порке. Публичного позора оказалось достаточно, чтобы Яшка, затаив обиду, бежал к чеченцам, где вошёл в шайку беглых казаков, принявших ислам и присягнувших на верность Шамилю. Однако его первая попытка увести коней оказалась неудачной, и Алпатов вернулся в станицу. Прислушавшись к родственникам казака, начальство простило его.
Атаман Яшка
В 1845 году, поссорившись со станичным начальником, Алпатов вновь ушёл – теперь его путь лежал за Терек, во «владения» Шамиля.
В 1846-50-х годах во главе большого отряда горцев Яшка совершал рейды в тыл русских, преимущественно осенью и весной. Его бойцы нападали не только на казачьи отряды, но и на станицы, хутора и почтовые станции по Тереку, из-за чего местные жители воспринимали Яшку как обычного разбойничьего атамана. Преимуществом казака было то, что он отлично знал все ходы и выходы из станиц.
Алпатов редко убивал соотечественников, но зато забирал в плен молодых девушек, которые потом становились жёнами мюридов. Именем «Яшки» женщины в то время пугали детей.
Особенно дерзким был набег на почту в 1851 году, когда отряд Алпатова похитил 37 тысяч рублей и взял в плен губернского секретаря Буцевича с прислугой. В ходе этого рейда было убито больше 22 человек.
Поимка и казнь
С 1855 года Яшка Алпатов разочаровался в своих действиях. Возможно, сказалась долгая разлука с семьёй – после того, как власти установили слежку за его домом, непокорный казак потерял возможность навещать жену и детей.
«Вышедшие из плена не раз видели Яшку, и он им каялся, что надоело уже проливать христианскую кровь, что очень скучает «по своим», но вернуться на родной Терек, конечно, он не может, так как его несомненно расстреляют», - описывает душевные метания беглеца Фёдор Чернозубов.
Весной 1856 года Яшка Алпатов вместе с чеченцами напал на ногайский аул, откуда увёл несколько десятков коней. Посланная вдогонку команда казаков отбила табун. В ходе дальнейшей погони конь, на котором скакал Алпатов, увяз в тине. Тогда атаман отпустил своих бойцов, а сам пошёл на Рыночный пост – как он объяснил, с целью достать лошадь. Однако в конюшне казак был задержан урядником Цимлянским. Причём, имея возможность бежать, Яшка не оказал сопротивления, когда его вязали.
Военно-полевой суд признал казака Алпатова виновным в «военных действиях против своего Отечества, отступлении от православной веры в магометанство, ограблении почты, разных хищничествах, убийствах, нападении на безоружных жителей, женщин и детей, уводе их в плен лично и с партиями, в которых бывал зачинщиком, и в шпионстве».
24 декабря 1856 года Яшка Алпатов, закованный в цепи, был расстрелян в родной станице – посмотреть на его казнь собралось несколько тысяч человек. До последнего часа казак оставался в бодром расположении духа, шутил и смеялся, но при этом просил прощения у станичников, оправдываясь, что к преступлениям «был вынужден».
По некоторым данным, впоследствии в честь знаменитого перебежчика было названо село Алпатово в Наурском районе Чеченской республики.