К концу XVIII века Османская империя являлась «колоссом на глиняных ногах». Пик турецкого могущества остался в прошлом и практически все европейские монархи вынашивали планы по её расчленению. Не осталась в стороне от этого процесса и Екатерина II.
Считая себя покровительницей православного мира, она решила, что настал час освободить население Балкан от мусульманского гнёта и воссоздать на отторгнутых у османов территориях независимое христианское государство - Византийскую империю. Так называемый «греческий проект» с подробным описанием планируемых геополитических изменений она поручила разработать в 1782 году своему секретарю А. Безбородко (который фактически отвечал на тот момент за внешнюю политику страны) и главному сподвижнику - Григорию Потёмкину. Византийским императором Екатерина планировала сделать своего второго внука - младшего брата будущего императора Александра I, которого по такому случаю даже нарекли крайне нетипичным для Романовых именем - Константин (в честь основателя Константинополя – римского императора Константина Великого).
Безбородко, в отличие от «витавшей в облаках» императрицы, отлично понимал, что европейские державы, и, в первую очередь, Австрия, Англия и Венеция никогда не позволят своему геополитическому противнику закрепиться на Средиземном море и Балканах, поставив под угрозу основу их могущества. Поэтому он включил в разрабатываемый проект пункт о передаче в случае ликвидации Османской империи Северной Албании и Западной Сербии под власть австрийского императора, а также о создании между Австрийской и Российской империями буферного независимого государства Дакия, которое должно было включать в себя Молдавию, Валахию и большую часть современной Румынии. Планировалось, что австрийский император в обмен на это поддержит Россию, а Венеция и Англия не решаться выступить против союза двух столь мощных держав.
Однако император Иосиф II, ознакомившись с проектом, решил что этого недостаточно и потребовал передать Крит, Кипр и Южную Грецию Венецианской республике, планируя получить от неё взамен Истрию и Далмацию, закрепив таким образом за собой всю западную половину Балканского полуострова. Эти изменения довольно сильно уменьшили бы размеры планируемой Византии, но, учитывая, что и Венеция и Австрия – государства христианские, а значит для населения Балкан переход под их власть всё равно означал бы освобождение от «гнёта мусульман», Екатерина согласилась на предложения Иосифа II.
Однако слишком долгое согласование «греческого проекта» между двумя монархами, а их переписка по этому поводу заняла суммарно около двух лет, привело к тому, что о тайных переговорах узнали при дворах прусского и французского королей, а также – в Англии (скорее всего, это произошло не без помощи османских дипломатов). Европейские монархи хором начали «выражать обеспокоенность» экспансионистскими планами России и австрийский император, опасаясь войны с соседями, предпочёл забыть о предварительных договорённостях с Екатериной II. А «потянуть» войну с Османской империей, на стороне которой негласно, а может быть даже и открыто, будет вся Европа, в одиночку Россия в тот момент ещё не могла.
Поэтому «Греческий проект» так и остался нереализованным. А единственными напоминаниями о нём в России остались имя Великого князя Константина Павловича (чуть не ставшего в 1825 году императором) и Софийский собор, построенный по приказу Екатерины II в 1782 году в Царском Селе и являющийся уменьшенной копией Софийского собора Константинополя.
