В один из летних дней 2018-ого года, директор по строительству рудника «Новоширокинский», пригласил меня побывать в местах, куда в начале 19 века отправили трудиться декабриста Михаила Лунева, по совместительству моего земляка из Санкт-Петербурга. В ту пору, туда, в основном, ссылали опасных рецидивистов: убийц, грабителей, фальшивомонетчиков, поэтому условия содержания заключённых в этом месте были обусловлены особо строгим режимом. Видать, сильно Лунев огорчил императора. В последствии там также побывали участники польских восстаний, позже народники, участники революций 1905-1907 г., а также тут побывала Фанни Каплан, которая в 1918-м году стреляла в Ильича.
Места здешние такие же красивые, как и все Забайкалье в целом. Отличается место только аурой: находясь тут, видя эти громадные стены, представляя очень холодные зимы и знойное лето, понимаешь каково приходилось людям, прибывавшим здесь, но не отступившим от своих идейных принципов. Труд каторжан использовался, в основном, на добыче свинцово-серебряных руд. О чем нам, потомкам, в напоминание остались только наполовину заваленные, затопленные, либо уже совсем заросшие непроходимым лесом шахты, коих тут осталось с тех времён много.
Мы приехали сюда ещё и потому, что директор был родом из этого села, приехали навестить его родственников и его лучшего друга. Звали того Газай. Человек невероятной силы рук и силы духа. В Забайкалье до того момента, таких хозяйственников я не встречал. Человек, который прошёл в жизни не самый легкий путь, сейчас держал в железном кулаке всю деревню. Всем кто хотел работать-он давал эту возможность. Всем кто работать не хотел - он давал пинка (в прямом смысле). Техника, трактора, большое поголовье скотины (порядка 500 голов) и за порядком в деревне следит. Не дай бог какая пьянь лошадь обидит, не дай бог кому-то дебоширить по пьянке в деревне. Ну и деревня та отличается от тех, что я видел в Забайкалье. Встаёт в 5 утра каждый день и сразу работать. Не пьёт, не курит. Есть на кого ровняться его сыну, который вместе с отцом трудится. Своими руками мужики спортивный зал сделали за неимением абонемента в наш какой-нибудь “SportLife” и тренировки не пропускают. Меня признали, только после того, как я штангу жал и гирю пару раз подкинул.
На ужине стол ломился от того, что каждодневный труд принёс в эту семью. Отдельное троекратное ура жене этого русского мужика, которая накормила нас так, как я ел только в детстве у бабушки в деревне. В общем, пока не перевились такие люди на земле забайкальской и регион будет жить.