Без радости возвращаюсь к теме т.н. ювеналки, в которую нас упорно запихивают. Три года назад Родительское Сопротивление достучалось до Путина, и вирусная правка УК РФ была отменена. Теперь, чувствуя слабость (чтобы не сказать: отсутствие) внутренней политики, ювенальщики снова вышли на тропу войны. Не знаю, как насчет единства 4 ноября, но в этом лобби слились иностранный агитпроп с нашими депутатами от правящей партии (и кто же здесь “иностранный агент”?).
Черный плакат “Хватит бить!” подпирает заведомо фейковая “статистика” (“43% женщин подверглись психологическому насилию со стороны связанных с ними мужчин”). Вывод: даешь “Закон о семейном насилии”! Иначе всех изобьют и изнасилуют (психологически).
Между тем предлагаемый законопроект имеет такое же отношение к защите женщин и детей от реальных преступлений, как закон о реновации - к расселению ветхого жилья. Памятник мысли уже разобран по словам (см., например, комментарий Виталия Каплана из журнала “Фома”), начиная с определения предмета. Наказывать хотят за действия, которые не содержат “признаков административного правонарушения или уголовного преступления”. Поняли? Наказание без правонарушения. Царь Хаммурапи отдыхает. Но для радикальных ювенальщиков и такой проект недостаточно безумен:
“Есть претензии и к пункту о защитном предписании. В проекте сказано, что оно выносится с согласия лиц, подвергшихся насилию, или их законных представителей. Но его можно выносить и без его согласия, считают правозащитницы, если есть основания полагать, что человек “находится в состоянии зависимости от нарушителя или испытывает страх…””
Правонарушения нет, жалоб нет, и вообще непонятно, о чем речь, однако у чиновника в подсознании (и в кармане) вдруг возникли “основания полагать”, и этого достаточно, чтобы выселить человека из собственной квартиры.
Но бескорыстный ювенальщик еще страшнее. Он будет топтать целые семьи ради идеи.
Чтобы понять идею, вспомним, что такое брак и семья. Брак - “союз мужчины и женщины, порождающий права и обязанности по отношению друг к другу и к детям”. Семья - “основанная на браке или кровном родстве малая группа, члены которой связаны общностью быта, взаимной помощью, моральной и правовой ответственностью” (БЭС, 2008). Т.е. здесь важна экономическая составляющая, и умные судьи не зря в процессе установления факта семейных отношений больше интересовались холодильником, чем постелью. Однако не всякую группу, ведущую совместное хозяйство, можно назвать семьей. Монастырь или экспедиция - не семья. Также ею не является и сожительство гомосексуалистов. В основе семейных отношений - воспроизводство человека. Отсюда особо тесные связи, предопределенные на уровне нейробиологии через те самые зеркальные нейроны, открытие которых стало важнейшим достижением современной науки.
Отношения государства с семьей складывались исторически непросто. Часто в этом упрекают большевиков, приводя в пример историю Павлика Морозова (безбожно перевранную). Но куда более радикальный опыт разрыва кровных связей ради государства демонстрирует Древний Рим (например, патриотичный сыноубийца Луций Юний Брут). Великие учителя человечества выступали с резкими заявлениями по поводу семьи, соответствующие цитаты можно привести из Евангелия от Луки (14:26) и из коммунистического “Манифеста” (II). Семья не предусмотрена в утопии И.А. Ефремова, дети отдельно от родителей - пожалуй, самая уязвимая ее конструкция.
Но на практике даже убежденные доктринеры быстро отказывались от подобных теоретических установок - чтобы не разрушить общество в его элементарных ячейках и не потерять власть.
Сегодня мы наблюдаем первую в истории реальную кампанию по “освобождению” человека от семьи, причем она осуществляется в ряду аналогичных операций против профсоюзов, партий (которые якобы стали не нужны, потому что все интересы растворяются в “среднем классе”) и традиционных религий. То есть против любых форм самоорганизации и естественной (не предписанной сверху) солидарности между людьми.
Илья Смирнов, историк