Конни Фрэнсис "устарела" раньше других к периоду, когда, казалось бы, западная, поп-музыка опустилась до уровня колхозной ярмарки с массовками "кубанских казаков", переодетых в правильные джинсы, конфискованные у совковой матросни. Семидесятые стали настоящей "школой мужества" для агрессивных пессимистов, не желающих вникать в основные достижения этой карикатурной эпохи. Нормального человека, вне зависимости от возраста, волновал один вопрос - куда делась нормальная музыка? Ведь прошло всего пятнадцать лет, а вокруг - помесь помойки с пустыней и какие-то перекошенные рожи, орущие мимо кассы в лобковых зарослях модных причесок. Кони Фрэнсис фигурировала в культовом романе "Джин Грин неприкасаемый", и на гибком диске, рядом с Моранди, поющим арию Легара, которым восторгался бесноватый фюрер. Конни, Клифф и Пэт Бун помогали нам сохранить вертикальное положение на фоне оргии заросших живых трупов, конвульсирующих под размазанные на полстороны диска темы и вариации тех, кто не может ина