В середине типичного теперь для Москвы бесснежного ноября сел я в самолёт и через четыре с небольшим часа очутился в хорошей сибирской зиме, в Новокузнецке.
А потом ещё несколько часов по зимней дороге — и я оказался на горнолыжном курорте Шерегеш. Не один: я приехал из Москвы вместе с командой «Гастрономической карты России», которая должна была открывать первый на курорте гастрономический фестиваль «Шерегеш Фест». Он в свою очередь должен был пройти в день официального открытия в Шерегеше горнолыжного сезона.
В команде был и Саша Волков-Медведев, шеф ресторана Ruski, с ним мы вместе ездили в Горный Алтай — тоже вместе с экспедицией «Гастрокарты».
Нас с Сашей довольно быстро использовали по назначению: ввели в состав жюри ежегодного областного конкурса «Лучший на горе–2019». Мы должны были вместе с остальными членами обойти разные гостиницы и рестораны, посмотреть, как устроены у них детские комнаты и другие места, а главное — перепробовать разную еду, приготовленную из кузбасских продуктов и/или в местном, горношорском духе. На что мы не раздумывая согласились.
И первым делом оказались в детской комнате гостиницы «Ольга». Что там говорить — лучшая в Шерегеше: пока родители заняты взрослыми делами, дети могут ребячиться: игровых автоматов разных штук двадцать, игрушки, карандаши, есть даже бильярд.
В ресторане при «Ольге» попробовали пельмени и сугудай. Мы с Сашей решили, что их проще всего обозначить словом «приемлемые».
Следующим был крафтовый бар The Rooks. «Смотрите, какой я», — как бы сказал бар, и мы посмотрели: симпатичный. Мне же в The Rooks особенно понравилось то, что там продают моё любимое пиво «Ищу человека» из свердловского города Заречного. У него кислотность как у домашнего кваса или белого вина, не каждый такого от пива ожидает.
За окном в это время по самому короткому пути из одной точки в другую пробирался, как ледокол через льдины, пешеход.
Мясо там тоже умеют жарить, в чём я убедился, зайдя в «Рокс» через день. Да и вообще это классное место с толковыми парнями за барной стойкой.
Следующим стал бар «Грелка». Там мы ничего ни пить, ни есть не стали, а просто оглядели стенные росписи и батареи отопления, играющие роль ножек у длинных столов. Очень разумная горнолыжная идея!
Неподалёку Оля Морозова, художница по льду и не только, принимала вырезанные из какого-то далёкого озера льдины.
Из них она вместе с двумя другими художниками с помощью электропил и стамесок должна была вырезать и обтесать ледяной бар, центральное место гастрофестиваля.
А мы прошли мимо Оли в кафе «Юрта», где нас ждал её хозяин Николай Карышев.
«Юрта» — место ритусное: две юрты, украшенных шкурами и черепами различных животных (на первом снимке — медведь). Я про это кафе ещё напишу отдельно и подробно, как оно того заслуживает. А на фотографиях (листайте вправо) — то, что мы пробовали, с комментариями.
Николай показал мне редкость: набор открыток с шорскими рецептами, который издали однажды и больше не переиздавали.
В частности, рецепт тутпаша — оттуда, только в «Юрте» его чуть изменили: загустили бульон блендированными варёными овощами. От этого он стал только лучше; отдалённо напомнил мне вишисуаз, только с мясом.
После «Юрты» был ресторан «Три совы», семейное и, как нам сказали, практически безалкогольное место, рассчитанное прежде всего на гостей отеля, в котором оно расположено. Там, к сожалению, был невкусный сухой олень.
На улице быстро вечерело, а столбики термометров опускались всё ниже и ниже. Шерегеш представлял собой фантасмагорическое зрелище: тут прореженная тайга, а тут австрийское шале. Но про диковатость курорта я уже писал.
А нашим последним дегустационным местом стал бар The Days. Его еда нас не очень впечатлила: там были, например, копчёные перепёлки, которые безуспешно пытались объединиться на тарелке в одно целое с томлённой в сливках перловой кашей, рататуем, вишнёвым муссом и ещё парочкой компонентов. То есть блюдо было перегруженным, как предложение, которым я его описал.
Но там же, в «Днях», нам устроили дегустацию еды из бара «Каритшал», который находится на вершине горы Зелёной. Туда по вечерам возят гостей на ратраках, потому что канатные дороги уже не работают. Про еду читайте в подписях к фотографиям (листайте их вправо), но отдельно скажу про каритшаловские настойки. Их мы тоже попробовали, и они были превосходны: танинная на черноплодной рябине и мёде, выдержанная в дубе вишнёво-шиповниковая и хреновуха на квашеной капусте, квинтэссенция русских вкусов.
Мне понравилась еда в «Юрте», но первое место я всё же отдал «Каритшалу».
А в день фестиваля Шерегеш наводнился вдруг весёлыми людьми. То есть ещё накануне там было малолюдно — но теперь курортный посёлок весь был полон лыжниками, сноубордистами, пешеходами и йети.
У подножия горы Зелёной, в конце горнолыжного спуска шорцы, нарядившиеся в национальные костюмы, готовились к обряду кормления духа огня.
Потом по команде, данной снизу, сверху с флагами 300-летия Кузбасса в результате массового спуска скатилось сразу очень много лыжников, и Шерегеш стал ещё населённее.
«Обещал главе района свыше метра снега», — отметил перед обрядом кормления духа огня шаман Игорь Анатольевич Идимешев, он же бывший врио главы посёлка Шерегеш.
Все присутствовавшие могли посмотреть во все стороны и даже попрыгать на тех местах, на которых стояли, чтобы убедиться, что Игорь Анатольевича обещание сдержал и даже перевыполнил.
Когда духа огня покормили, 25-й, юбилейный горнолыжный сезон в Шерегеше стали считать официально открытым. Одновременно стал считаться открытым и «Шерегеш Фест».
«Гастрономическая карта России» проводит мобильные гастрофестивали по всей стране ради того, чтобы по всей стране туристам предлагали не «Цезари» с креветками и рукколой и сибасов с дорадами, а местную еду. Сделанную из местных продуктов и на основе местных традиций. Чтобы человек приезжал в Ижевск или в Шерегеш и по еде понимал, что он в Удмуртии или в Кузбассе. И чтобы сами местные повара и жители гордились бы своими продуктами и рецептами.
В Шерегеше в фудтраках, сделанных на основе «Газелей», готовили повара из кемеровских и шерегешских ресторанов. А это в один из фургонов заглядывает Катя Шаповалова, идеолог и главный двигатель «Гастрокарты».
Между фудтраками дымились печки с котлами, в которых варились разные супы: пивной с копчёной грудинкой, уха из хариуса, юшка из муксуна, груздянка, солянка, урге с копчёной бараниной и перловкой и тыквенный с козьим сыром.
И, конечно, тот самый тутпаш, который так понравился мне в «Юрте» и который теперь всегда будет ассоциироваться у меня с Шерегешем.
Блюда, которые участвовали в фестивале, собрались также на ледяном баре — для совместной фотографии на долгую память.
Там были телеутские пельмени пельмендэр и шорские пельмени пелбены, хуушур и жареный папоротник, копчёный хариус и бефстроганов из яка, говяжьи рёбра, томлённые в пиве, сет «Шахтёрский» с чёрным салом на чёрном хлебе — и, например, шашлык из сосновых шишек. Его даже не жарят, так едят.
Тем временем гости Шерегеша фотографировались с местными йети. По традиции, снежные люди спускаются с гор на заработки как раз в день открытия сезона.
(Сейчас ведутся разговоры о том, чтобы признать йети одним из коренных народов Горной Шории. Cами они не выcказывают на этот счёт никакого определённого мнения, просто потому что не умеют говорить.)
В «Юрте» успешно разгадывали загадки восточной кухни.
Но, конечно, самой большой популярностью пользовалась гора Зелёная, куда упорно поднимались лыжники и сноубордисты, спускались с неё и поднимались снова.
Завершил день концерт группы «Градусы», и к нему как раз были готовы сто литров горячего напитка «Шерегеш», в котором градусов, наоборот не было.
А было три десятка ингредиентов — включая мёд, побеги пихты, бруснику, шиповник, смородиновый лист, малину, клюкву, чабрец и, разумеется, воду.
Впрочем, нет, наврал: какие-то гомеопатические градусы там были, потому что в состав входил кузбасский бальзам «Мустаг». Это, кстати, ещё сотни две ингредиентов.
На ледяном баре к тому времени удивительным образом почти ничего не осталось: всё оказалось востребованным.
А на следующий день мы вернулись в бесснежную Москву. Потому что в Москве шаманов — нет.
В следующих выпусках «Вечернего Лошманова» — про то, как отличить хорошего шеф-повара от плохого, про Новоспасский монастырь в Москве и его трапезную — и другие истории про еду и путешествия. Пока же можно почитать про отличный фалафель на Сенном рынке в Петербурге или про то, как выглядит аэропорт Новокузнецка. Подписывайтесь!
В конце выпуска я по традиции ставлю хорошую африканскую музыку. И сегодня давайте с вами послушаем великолепного камерунца Пьера-Диди Чаконте.