Не совсем фантастическая история.
Всё началось с того, что у меня в тот день почему-то было особенно отвратительное настроение.
Почему-то? Ага…
А так, с утра, ни с того, ни с сего мы поцапались с Наташкой из-за какой-то ерунды. Потом оказалось, что у дочки поднялась температура, и она должна будет пропустить важные контрольные соревнования. И, в конце концов, сотрудники офиса почти всем скопом опоздали на работу, вроде, пробка там была, на проспекте. Из-за аварии.
Но клиенты оказались ужасно недовольны этим обстоятельством, и отдуваться за опоздание пришлось, естественно, мне, как директору фирмы.
Вот и побрёл я на обеденный перерыв в совершенно отвратительном настроении.
И пошёл один, хотя Костян, командир соседнего офиса, звал меня, как обычно, пошамать с ним за компанию. Но я вежливо отказался от его обязательного деликатного предложения, сославшись на неожиданные неприятности, проявившиеся в организме, и побрёл в одиночестве прогуляться вдоль проспекта, попытаться привести в порядок взбаламученную отрицательными событиями голову.
Ну что, я гулял, гулял, рассеянно глазея по сторонам, и стараясь развеять эту самую муть в мыслях, когда на глаза вдруг попался рекламный плакат, по какой-то причине привлекший моё пристальное внимание. На плакате бодро было нацарапано – «Компания «Продавец счастья»» над изображением улыбающейся семейной парочки с тремя премилыми детьми-ангелочками на руках, а ниже этой счастливой группы - адрес с телефоном.
- Вот, блин, - подумалось, - до чего уже дошли – счастье! Воздухом ещё не пробовали приторговывать, господа товарищи? Вообще…
Тем не менее, адресок был весьма мне знакомым. Престижнейшее место, между прочим! Сколько же деньжищ обходится иметь в этаком-то месте офисок? У – ух, мне это никогда не было по карману.
Вот это обстоятельство, по всей видимости, меня и зацепило. Купился на адрес, как последний лабух! Торговля счастьем? Всерьёз не воспринималось. Но каково место!
Хорошо, всё послеобеденное время на работе я размышлял над увиденной рекламой, и по окончании рабочего дня уселся в свою годовалую «Камри» и отправился удовлетворять практически детское любопытство.
Да, офисок оказался что надо. В приёмной - огромные кожаные диваны в комплекте с шикарной длинноногой секретаршей, скучно лакирующей длинные ногти. Других подобных дурачков, кроме меня, в приёмной не обнаруживалось. Правда, налицо был уже самый конец рабочего дня, и секретарша весьма недовольно поглядывала в мою сторону из-под густых накладных ресниц, пока я в ожидании аудиенции руководства самоуверенно развалился на одном из огромных гостевых диванов. Чего, мол, так поздно сюда заявился-то, а, молодой человек?
Скорее всего, и руководитель их конторы был готов отправиться восвояси, и потому моментально принять меня не смог. Те пяток-другой минут, что я вынужден был провести в ожидании в приёмной, были мною потрачены на разглядывание всученных всё той же недовольной секретаршей рекламных буклетов их конторы.
Отзывы клиентов о деятельности «продавцов счастья» просто-таки нежно ласкали мой недоверчивый взор.
Я листал буклет, и не знал, верить или не верить, такие там были фамилии, в этом самом буклете. Самые всероссийские фамилии, куда уж мне соваться в эти ряды!
Ну да, вообще этих людей трудно было заподозрить в отсутствии в их судьбах счастья или удачи. Там ведь и немалые деньги, и всенародная слава, и близость к вершинам властных пирамид! Неужели всё правда, и можно будет и себе немножечко прикупить столь желанного для любого человека, но совершенно невидимого и невесомого продукта?
- Лерочка, пусть заходит, – услышал я по громкой связи обращение шефа к секретарше и сразу отложил буклет в сторону.
- Прошу вас, проходите, – низким голосом прогудела длинноногая Лера и показала на массивную дверь, ведущую в кабинет начальства. И я, сбитый с толку и окончательно заинтригованный первоклассной рекламой, вошёл.
Что за?...
Невзрачная комнатка, оклеенная дешёвыми обоями. Простой совковый письменный стол, ободранный шкаф и… табурет! Для посетителей. Впрочем, хозяин кабинета и сам сидел на таком же в точности древнем обшарпанном табурете. Вот это номер! После столь показного богатства приёмной…
Ну, я догадался, что это некий психологический трюк для клиентов. Типа, видишь разницу… Так, что ли?
- Проходите, не стесняйтесь, присаживайтесь, – вежливо пригласил меня хозяин кабинета. Я сел, поправив табурет под собой. Ой, что-то уже отвык я от подобного рода раритетов! Неудобно же!
- Слушаю вас, – не менее кротко сделал шеф следующее, очевидно стандартизованное заявление.
- Ну-у… - начал, было, я своё выступление, но он меня сразу перебил:
- Да сами не знаете, чего хотите, верно? Растерялись?
- Ну-у… где-то так, – согласился я и внимательно посмотрел в лицо шефу.
Чего там, мужик, как мужик, ничего особенного и примечательного ни в лице, ни в одежде не обнаруживалось. Самый обычный костюм, достаточно типовое лицо русского человека чуть старше среднего возраста.
А он даже и не смотрел на меня, задумчиво уставившись в окошко на облака и барабаня пальцами по столу, скорее всего, в романтических мечтах о сытном ужине в тёплом семейном кругу.
- Нет, - вдруг тихо произнёс хозяин кабинета в ответ на мысль, промелькнувшую в моей голове. – Я уже поужинал на работе, а жена моя погибла пять лет назад в автокатастрофе, так что спешить мне особенно некуда. Да, до сих пор…
Меня сразу, как обухом по голове. Ничего себе счастье!
Шеф отвлёкся от заоконного пейзажа и глянул мне в глаза своими голубыми добрыми, но какими-то пронзительными глазами.
- Вижу, у вас довольно обыкновенный случай, – сказал он. – Могу предложить программу «Стандартная». Это недорого. 5000 рублей за неделю работы. Да – да, это наша маленькая уловка, с кабинетом, вы правильно так подумали. Только не воображайте, что я читаю ваши мысли, это почти невозможно. Просто у меня довольно большой психологический опыт, а люди все, как правило, думают одно и то же в похожих ситуациях. Нестандартное, творческое мышление – нынче большая редкость, знаете ли. Особенно в среде деловых людей. Самостоятельно и творчески мыслящие люди к нам не приходят. Они делают свою жизнь сами.
Тут он размашисто улыбнулся. Блин, как к себе располагает, вот зараза!
- Ведь это мой хлеб, – вновь вслух как бы ответил мужчина.
Я уже начал слегка побаиваться его подозрительной прозорливости, но всё-таки спросил, скорее для порядка, чем от большого желания знать:
- А есть ли у вас программы, э… немножко подороже, чем…? И… как это, результат…
- Результат всегда положительный на сто процентов, и обеспечен независимо от выбранной клиентом программы, – шеф не стал меня дослушивать. – В силу особенностей методики.
Интересно, сколько сотен или тысяч одинаковых фраз приходилось ему выслушивать от простаков подобных мне?
- Кроме тарифа «Стандартный» за пятёрочку рублей, в нашем ассортименте имеются ещё две опции – план «Обязательный» тоже за пятёрочку, только уже евро, а также тариф «Супер». Однако последний предлагается только эксклюзивным клиентам. Там оплата договорная и сразу оговорюсь – вам это точно будет не по карману, – продавец счастья был предельно лаконичен в формулировках.
- Ага… Как вы сказали, пять тысяч евро? И что, у меня будет гарантированное счастье? Оно будет мне обеспечено?
Я ещё не сбежал отсюда, а сижу и торгуюсь? Ничего себе!
- Какие всё-таки у меня гарантии?
- Никаких, кроме личного подтверждения положительного действия программы любой парочкой клиентов из нашей базы на ваш выбор. Телефонный разговор немедленно. Затем – подписание договора на выбранный тариф, счёт там, оплата и всё такое. После прихода денег на расчётный счёт примерно неделю действует обязательный антракт, затем также примерно неделю программа работает. После окончания действия программы – финальная встреча здесь же, в офисе, с подведением итогов. Но последнее – только по вашему желанию. Всё, теперь можете думать до завтрашнего утра, а то уже рабочий день закончился…
- А если я нынче не надумаю? – попробовал засомневаться я.
- Нет. Второго раза быть не может. Мы даём шанс поучаствовать только однажды в подобном эксперименте. Либо вы решаетесь, либо нет. Потом – извиняйте…
- Так, значит, до утра? А если прямо сейчас? – чёрт меня всё-таки дёрнул это ляпнуть. А что, если - правда? Пять тысяч евро не такие уж неподъёмные деньги для моего бюджета. Почему бы не рискнуть? Наверное, я на тех самых всероссийских фамилиях попался.
- Сейчас, значит, сейчас, – спокойно согласился шеф и достал из-под стола ноутбук.
Естественно, что из открытой для моего обозрения клиентской базы на компьютере шефа я первым делом полез в список VIP. И естественно, что не буду я здесь пересказывать свой нелепый с моей стороны разговор с ещё всесоюзно известной звездой эстрады.
Одного этого разговора мне совершенно хватило, чтобы я принял окончательное и бесповоротное решение и подписал с компанией «Продавец счастья» договор на программу «Обязательная» за пресловутые пять тысяч евро за неделю её действия.
Из всех стандартных процедур оформления договора и первичного инструктажа новоиспечённого клиента (меня!) можно упомянуть о следующих разъяснениях секретарши Леры.
Во-первых, никаких деталей о действии программы я не узнаю, ибо это не в интересах клиента. Девиз такой – меньше знаешь… сами догадайтесь о продолжении.
Действительное время запуска программы мне также будет неизвестно, плюс-минус день-два. Неделя антракта это примерный срок. Это - во-вторых.
И, в-третьих, на время действия моей программы данный офис будет закрыт.
То есть, связаться с кем-либо из компании окажется невозможно. В ответ на мои вопрошающие глаза мне было заявлено, что работа продолжится по другим адресам. Этот дорогущий офис, как оказалось, у продавцов счастья был далеко не единственным.
Вот, собственно, и всё.
На следующий день я перечислил требуемую договором сумму и принялся ждать обещанного мне гарантированного на все сто процентов счастья.
Собственно, для чего нужен антракт?
Собственно, ясно, для чего. Для того, чтобы клиент подзабыл как следует про свежую финансовую аферу и, погрузившись в обычную для себя обстановку жизни, потерял бдительность и перестал ждать неких моментальных результатов, то есть, своего немедленного осчастливливания. Я, по крайней мере, объяснил себе это именно так.
Потому что именно так со мной и произошло.
Происшедший казус отдачи денег незнамо за что за прошедшую с того момента неделю постепенно заретушировался в моём сознании, а навалившиеся обыденные дела слегка подстёрли из памяти воспоминание о странной компании, бойко торгующей столь призрачным товаром.
Ничего существенного в ту неделю не происходило. С женой у нас был мир-дружба по всем вопросам, дети учились и тренировались без проблем. На работе клиенты валили валом, своими финансами как бы компенсируя мою бестолковую растрату.
Наконец настало воскресенье. Выходной!
Мы с Натальей, супругой моей, заранее договорились о том, что она с детьми выберется к её маме на дачу, а я, наконец, сделаю кое-какую мужскую работу в доме, что пообещал ей ещё с зимы. Не нанимать же постороннее лицо по пустяковому для настоящего мужчины поводу, надо и самому что-то уметь руками делать!
Вот, семья собралась, они уехали, а я весело и непринуждённо приступил к подготовительному этапу домашней работы. Ля-ля, ля-ля…
Но ещё не успел разложить по полу необходимые инструменты и материалы, как во входную дверь позвонили.
- Кого там нелёгкая принесла? – недовольно подумал я и, отрываясь от выполнения семейных обязательств, отворил входную дверь.
Оказалось, нелёгкая принесла соседку с нижнего этажа, некую Иринку. Запахнувшись в цветастый домашний халат, она растерянно на меня замигала.
- А у нас там, в ванной, вода бежит с потолка! – секунду помигав, огорошила меня девушка. – Посмотрите, пожалуйста. Вы нас топите!
- Чёрт! – подумал я. – Вот чёрт! Не может быть!
И опрометью побежал в ванную. Соседка засеменила следом.
О, чёрт! Действительно, пол в ванной комнате был, словно небольшой бассейн, и начало уже подтекать и в коридор. Это так быстро! Видимо, рвануло трубу по серьёзному.
Я, скинув тапки, полез в воду и начал искать в разводке, что это там рвануло.
Да, так и есть, лопнула труба холодной воды. Причём до нашей квартирной отсечки. Короче, подфартило не по детски!
- Иринка! – закричал я. – Давай вали сюда, помогать будешь!
- О – ох… - только и смогла выдавить из себя Иринка, убедившись воочию в масштабах нашего общего стихийного бедствия.
- Ты пока черпай здесь воду, а я срочно позвоню дежурному слесарю в контору, пускай бегом бежит давление отключает! – объявил я соседке свой план неотложных действий.
- Да чем черпать-то?! – нарушая мой план в корне, растерянно вопросила девушка. Очевидно, также как и я, она совсем не ожидала подобной радости в выходной день и была теперь сильно огорошена.
- А – а! – это я с отчаянным криком бросился на кухню искать хоть какие-нибудь вычерпывающие воду устройства, типа ковшиков или кастрюлек. На самый худой конец – стаканов.
Последующие часы превратились в некоторый кошмар.
Дежурный слесарь долгое время не брал телефонную трубку (выходной ведь!), и мы с Ириной по очереди звонили - то ему на сотовый, то в контору, где по случаю воскресного дня также никого не оказалось.
Также по очереди, мы, как бешеные, какими-то мисками черпали прибывающую из лопнувшей трубы воду. И естественно, очень скоро оба оказались мокрыми с головы до пяток.
Довольно быстро соседке пришлось скинуть с себя ставший промокшим и от того ставшим тяжёлым халат и остаться в каком-то немыслимо-коротком домашнем платьишке. Впрочем, это обстоятельство смущало меня в данной ситуации примерно две секунды, а Иринку, похоже, не смущало вовсе.
Вода же текла и текла, и вместе с нею утекали мои денежки, которые я должен буду заплатить за ремонт соседской ванной после завершения потопа.
Наконец, слесарь взял телефон, однако оказался нетрезв, и ещё некоторое время не мог толком сообразить, кто и чего там от него требует перекрыть.
А мы всё черпали, и черпали, и черпали… М-да, до сих пор дрожь пробирает…
Через некоторое неопределённое количество времени мы сидели с Ириной у нас на кухне и распивали коньяк. Для сугрева и снятия полученного стресса.
Злополучная труба была отремонтирована, вода вычерпана, силы нас оставили.
Что ж, прекрасный выходной вышел, прекрасный, ничего не скажешь… Все планы насмарку и настроение тоже.
- Давай наливай, а то я вся дрожу. Совсем замёрзла! – попросила соседка.
- Не упадёшь с непривычки-то? – слегка обеспокоился я Иркиной горячей просьбой. – Ты ж, насколько я помню, того - не пьёшь?
- Попробуй тут, не запей с вашими горе-трубами! – зло заявила Ирина и выдула полбокала коньяку, словно воду какую-то.
- Э – э, да что же ты творишь? – не успел я её остановить. – Это же не Пепси-кола тебе, не вода и даже не водка! Коньяк стаканами не пьют!
Девушка сморщилась, раскашлялась, принялась махать на себя руками… Глупая, ну кто же так фирменный коньяк-то хлещет?
Я налил ей водички запить, а она опять руками на неё замахала, мол, видеть пока не могу эту противную субстанцию!
- Ну, что, согрелась, пойдём теперь глянем на последствия у вас? – предложил я соседке, тоже залпом заглотив свою дозу спиртного и занюхав её собственной ладонью.
Но Ира помотала головой:
- А ну его к лешему, подумаешь, последствия! Пусть Антоха сам разбирается. Я всё равно ничего в этом не понимаю, в трубах ваших, ха-ха…
- А Антон сейчас где?
- Он что, докладывает мне, что ли? Поехал куда надо, да и все дела.
- Поехал куда надо… Как это вы живёте, ничего друг про друга не знаете? – удивился я странности соседских взаимоотношений.
- Да так вот и живём, хлеб-мясо жуём! – неожиданно радостно объявила новоиспечённая выпивоха, и, приподнявшись со стула, потянулась к потолку всем своим молодым и стройным полуобнажённым телом.
Господи, и зачем ты сотворяешь их брату такое тело? Для соблазнения нашего брата, что ли?
- Послушай, - столь по глупому радостно продолжила вопрошать моя соратница по происшествию. – А тебе не скучно жить так, как ты живёшь? Каждый день одно и то же, одно и то же… Работа да дети, снова работа… Я вот, например, уже захирела с этим Антоном. Засадил меня дома, словно пленницу, на работу не пускает, всех друзей ревностью распугал, Отелло хренов! Так что мне сегодня наше купание даже понравилось, здорово искупались, правда? – закричала, почти запела Иринка.
Ишь ты, понравилось ей, гы-гы…
У меня в голове сильно зашумело от выпитого на голодный желудок спиртного, и я, взирая на её глупую радость, тоже глупо захихикал, захахакал…
Что было дальше, почти не помню. По-моему, мы с соседкой ещё выпивали…
Нет, вообще-то я практически не пью. И спиртное держу в доме в основном для гостей. Только почему же мы с ней тогда, братцы мои, не закусывали ничем?
Короче, в себя я пришёл уже где-то ближе к вечеру, в положении лёжа на нашей с Натальей супружеской койке. На подушке рядышком со мной мирно сопела в трубочку та самая соседка в своём до ужаса коротком платьишке.
Но самое главное, и это было и самое страшное, в ногах нашего с соседкой общего лежбища сидела моя Наташа и обманчиво-спокойным взглядом изучала всю означенную выше картину Репина. Приплыли…
Что это со мной такое было? Как это я так срубился по-глупому?
- Тише. Не разбуди девушку, – прошептала жена страшно-спокойным голосом. – Как, муженёк, отдохнулось? Ништяк, правда?
- Наташка! – горячо зашептал я в ответ. – Это совсем не то, что ты думаешь! Совсем не то… Ничего не было! Я сейчас тебе всё объясню.
Но лишь только я воспылал приступить к абсолютно оправдывающим данное нелицеприятное положение объяснениям, как моя соседка по койке, лежащая рядом почти неглиже, сонно повернулась на бочок и закинула на меня одну из своих прелестных обнажённых ножек.
Наташа тут же вспыхнула, вскочила, и, не говоря больше ни слова, покинула спальню и вообще квартиру… А я не поимел на тот момент совести её задержать.
Скрипнула входная дверь и… Трах-бах!
Естественно, я тут же разбудил Ирку и выставил её вон из хаты, предварительно напялив на неё окончательно не просохший халат. Ну, подставила, зараза!
Хотя, она-то здесь при чём? Надо же было мне так лопухнуться, подставиться ни за что ни про что!
Сотовую трубку жена упорно не поднимала. И с чего она так рано в доме объявилась? Хорошо ещё, что без детей.
Я пометался по квартире некоторое время, словно леопард, и принял бескомпромиссное решение немедленно ехать к тёще домой, куда только и могла сейчас умотать разгневанная супруга. Я её, без всякого сомнения, понимаю. Если бы я застал подобную картину в нашей спальне!... Просто не знаю, что сделал бы на её месте, просто не знаю… Даже представить себе не могу.
Естественно, мой дружественный визит в жёнино родительское гнездышко не принёс того позитивного результата, на который я столь наивно рассчитывал.
Наташа вдруг… Ну, да – вдруг…. Потеряла всю свою разумность и логику рассуждений. Она меня даже слушать не стала, и не пустила к детям.
Сам подашь на развод, или это сделать мне? – только и твердила она, упорно не поднимая на мою честнейшую фигуру свои прекрасные заплаканные глаза. Эх!
В итоге неудавшихся переговоров моя ненаглядная вместе с детьми осталась ночевать у матери, а я в гордом одиночестве вынужден был поехать домой, где и допил с горя остатки коньяка из злополучной бутылки.
Ладно, спьяну рассуждалось мне, сегодня у неё слишком сильны впечатления от увиденного в спальне натюрморта. Завтра или послезавтра Наташа поостынет, и можно будет достучаться до её разума сквозь толпу утихомирившихся эмоций, и всё толком объяснить. Кроме того, думаю, Ира согласится подтвердить мой совершенно правдивый рассказ, и мы все втроём посмеёмся над случившимся идиотским положением.
С подобного рода успокоительными мыслями в голове я и заснул.
Впрочем, спалось ужасно. Мучили кошмары, от меня уходила жена и забирала детей. Так что проснулся я разбитый и с головной болью. Происшедшее вчера событие тяжёлым комком ёжилось в груди.
Что поделать? Выпив цитрамону, пришлось поехать расслабляться на работу.
Но что-то с утра в понедельник клиенты все куда-то запропали. Я сидел у себя в кабинете и пытался выстроить тактику спланированного на вечер разговора с женой, когда ко мне припёрлись двое лучших сотрудников с заявлениями об увольнении.
- Не понял… Как это, увольняетесь? Что это так, с бухты-барахты? – я был действительно огорошен их неожиданным решением. Лучшие сотрудники, всем были довольны, и вот – на тебе! Я попытался их, было, поуговаривать передумать, но ребята упёрлись, как бараны. Они назвали такие цифры зарплат в конторе, куда они уходили, что у меня глаза на лоб полезли. Может, бросить, к шутам, бизнес, и устроиться в ту контору заодно с ними?
Короче, в этот понедельник я потерял лучшие кадры своей фирмы, да и оставшиеся работники, странно посматривая в мою сторону, подозрительно перешушукивались между собой.
Вечером после столь отвратительного рабочего дня я отправился к тёще на блины, то бишь - на свидание с пока ещё супругой… Да. Пока…
Что за дикие мысли?...
Я был, конечно, в ужасном, совсем подавленном настроении, когда меня остановили патрульные гаишники. Ну, что вот надо?
Сначала они, как обычно, проверили документы, а потом попросили подышать в трубочку. Идёт, мол, компания борьбы с пьянством за рулём, выборочная проверочка, мол, извините, товарищ. Блин, вечная эта борьба за трезвость на российских дорогах! И всё без особого результата.
Чего мне было бояться? Ведь я ещё с ночи протрезвел.
- Н-да, - ни с того, ни с сего заявил старший из гаишников, – чего ж это вы выпивший за руль-то садитесь. Приехали, гражданин!
- Как это, выпивший? – я аж подпрыгнул на месте. – Я не пил сегодня!
- Прибор не перехитришь, дружище! – засмеялся гаишник №2. – Сейчас будем оформлять протокол!
- Ребят, ребят, ребят… Как протокол? Какой протокол? Клянусь мамой, не пил я! Сегодня.
- Если вы не согласны с показаниями прибора на месте, вы имеете право пройти проверку в стационарном пункте.
Будто я сам этого не знаю!
Итак, меня увезли в этот самый пункт для продолжения исследований моего вызвавшего большое подозрение патрульных ментов организма.
И что бы вы думали? Допустимая доза в крови была превышена также и по результатам тщательной проверки в стационаре!
Это шок…
Я сидел дома и ничего не мог понять, пытаясь дозвониться Наташе по телефону. Безуспешно!
Что теперь делать? Машину отогнали на штрафстоянку, права у меня забрали… Ну не пил я! Неужели вчерашние пары могут так здорово выстрелить почти через сутки?
Но против системы ведь не попрёшь, с государством не подерёшься! Знал бы, что эдаким макаром может дело обернуться, попробовал бы на месте откупиться прямо на дороге! А то остался теперь безлошадным казачком… Эх!
Звонок в дверь…
В квартиру ввалился Антон, муж моей «соблазнительницы» Ирки. Глаза у него горели бешеным бычьим пламенем.
- Ты чего это, сосед, делаешь? Чего вытворяешь? – забурлил он, заклокотал на меня готовым к немедленному извержению Везувием.
- Антон, стой. Да постой ты. Да оплачу я все издержки… - я попытался начать с ним деловые переговоры о возмещении убытков, но он меня сразу оборвал:
- Да я тебе все причендалы оборву, козёл!
- Что это вы себе позволяете? – вспыхнул я в ответ на его неожиданную грубость. - Со всяким может случиться. Подумаешь, ванную залил! С кем не бывает?
Но парень был зол и не был намерен выслушивать никаких оправданий. Сосед снова стал угрожать, ругаться, и мы едва с ним не разодрались прямо на пороге квартиры.
В итоге, после всех криков и скандала, он уметелился к себе. Дело, скорее всего, я в итоге понял, было не в испорченной ванной комнате, а в той самой Ирке. Чего она ему там наговорила? О, Господи, боже, не хватало ещё кошмарных ревнивцев на мою голову…
Надо будет с Ириной срочно встретиться, чтобы расставить точки над всеми «и». Да вот завтра же с утра перед работой и зайду.
Как раз на следующее утро, прежде чем поехать на работу, я имел наглость зайти к соседям снизу, чтобы расставить по местам эти самые точки.
Дверь мне открыла Ирина, между прочим, оказавшись одета, если можно это так назвать, в весьма интимную полупрозрачную сорочку нежно-голубого цвета. Я чуть было не ослеп от её такой не к месту броской сексуальности. Извините…
А пока я ментально переваривал этот совершенно неуместный для намеченных мною целей элемент, девушка схватила меня за руку и заволокла в прихожую.
- Ира, где Антон? – смущённо спросил я её. – Мне нужно с ним переговорить…
- А ну его к чёрту, этого Антона-батона! – заявила Ирка. – Зачем он нам нужен?
И, обхватив мою голову руками, она жёстко впилась губами прямо мне в губы. Что за кандыбобер?!
Едва я успел хоть что-нибудь сообразить, как входная дверь за спиной распахнулась, и спустя пару мгновений раздался ядовитейший голос того самого только что посланного ко всем чертям Антона:
- Таак, они ещё и на моей территории будут обжиматься?
Я мигом отшатнулся от довольно улыбающейся соседки и, обернувшись, лицезрел её ненаглядного мужика заодно с парой хмурых приятелей, мрачно прислонившихся к стенам подъезда за его спиной.
- Вы что это… что? Что вы себе позволяете? Развести меня хотите, что ли? – забормотал я догадливо и попытался быстренько отступить с вражеской территории. Да не тут то было!
Антон ухватил меня, что называется, за грудки, и зашипел перегаром в лицо:
- Ещё раз застану здесь, зашибу нафиг!
- Убери руки, дурак, – зашипел я в ответ и, оторвав его грабли от своего костюма, выбежал из соседской квартиры, проскользнув ужом мимо ухмыляющихся сотоварищей этого действительно ненормального Отелло вон на улицу.
Как вы думаете, до работы ли мне было после этого карнавала? Я сидел у себя в кабинете, обхватив голову руками, и меня понемногу трясло.
Ну ладно Антон. Кто из нормальных мужиков остался бы спокоен и вежлив на его месте в подобной ситуации? Но девушка-то что себе позволяет? В какие игрища она заигралась? Неужели с этой стороны не будет оказана столь необходимая сейчас поддержка в деле разбирательства с моей супругой?...
В конце рабочего дня неожиданно выяснилось, что мой расчётный счёт в банке заблокирован, и я не смог оплатить одну весьма важную срочную сделку. Придётся завтра с утра в авральном порядке разбираться с банком, что там произошло.
Зато Наташа подняла наконец на мой вызов трубку сотового телефона. Слава Богу! И мы договорились, что сегодня она явится домой, и мы спокойно обо всём с ней потолкуем.
Я словно на крыльях, то есть, на автобусе, конечно, полетел домой на встречу с любимой супругой.
Только как я не торопился, Наташа всё же приехала немного раньше меня, и я застал её… В чьей бы вы думали компании я её застал? Ага! Они сидели с той самой злополучной Ириной на нашей кухне и мирно посасывали из чашечек чаёк!
А в прихожей громоздился огромный незнакомый туристический чемодан на колёсиках.
- Здравствуй, Вовчик, проходи, что ли, – мирным тоном предложила мне супруга, и я понял по её голосу, что ничего хорошего нынче узнать не придётся. – А мы тут сидим с Ирой, обсуждаем, как будем делить имущество.
- Ка… какое имущество? – у меня душа свалилась куда-то в колени.
- Та… такое, – подтвердила соседка снизу. – Надо же нам как-нибудь растить нашего будущего малыша.
Душа моя провалилась ещё дальше, примерно на уровень пяток.
- Какого такого малыша? – а на место души в голову и грудь явилось непредставимое для меня прежде огненное месиво. – Какого такого малыша?!
- Ой, всё – всё, пошла я, разбирайтесь тут между собой, как хотите! – заявила Наташа и, оттолкнув мои протянутые к ней руки, быстро ретировалась из дома. Я попытался увязаться за ней, но она швырнула мне под ноги стоявший в коридоре чужой чемоданище и показательно треснула входной дверью.
- Ты что себе позволяешь, Ира? – вернувшись в кухню, я тут же натолкнулся на бескомпромиссный взор новоявленной пассии. – Какого чёрта ты разбиваешь мне семью?
- Заткнись, лошара! – грубо ответила пассия. – Как спать с девушками, так плейбой, а как ответственность держать, так в кусты?
- Ира! Но мы же не… У нас же ничего с тобой не было… – нетвёрдо заявил я.
- А откуда тебе знать? Если хочешь, я ещё вчера сдала все анализы. Теперь точно ни от чего не отвертишься, милый мой! – жёстко заявила девушка.
Кажется, я кое-что кое в чём начал понимать.
- Слушай, мать, а не на квартиру ли вы меня желаете подкинуть? На пару с тем самым Антохой, ага? – мне как-то даже легче стало от этой странной мысли. – Да я вас урою обоих!
Ровно через минуту Иркин туристический чемоданчик вверх тормашками полетел вниз по лестничному пролёту. Сама хозяйка выброшенного чемодана с таинственным видом мирно проследовала ему вослед. Но на середине пролёта картинно обернулась и с такой же таинственной улыбочкой показала мне некое устройство у себя в руке, из которого донеслось до меня многозначительное: «…да я вас урою обоих!». Это был мой собственный донельзя озлобленный голос.
Вот змеюка!
Соседи снизу, по всей видимости, оказывались мошенниками и наглыми аферистами. А сколько лет до того выглядели как совершенно обычные люди!
Эту ночь я не спал вовсе. Наташа, естественно, телефон больше не поднимала. Неужели придётся откупаться от наглых жуликов с нижнего этажа? Чем только? Думается, что никакой беременностью там даже не пахнет… Но как доказать? Что делать?
На следующий день, в среду, явившись на работу, я обнаружил в своём офисе двоих молодых людей приятной наружности с обходительными манерами, которые предъявили удостоверения работников отдела по борьбе с легализацией преступных доходов и ордер на изъятие моей бухгалтерской документации.
Оказалось, какие-то мои операции попали в поле зрения данной организации, как сделки по отмыванию незаконно заработанных денег. Оттого и был вчера блокирован мой расчётный счёт в банке. Итит твою тит! У меня голова кругом пошла.
Естественно, вся работа встала, и я вынужден был распустить людей на каникулы, до выяснения сути претензий госорганов к своей деятельности.
Но ежели раньше я голову мог отдать на отсечение, что никаких незаконных сделок на моей фирме никогда не проводилось, то исходя из опыта последних дней…
Кстати, а чего это мои самые ценные сотрудники вдруг сломя голову побежали с фирмы? Ой, что-то здесь явно нечисто!
В этот момент я впервые почувствовал, что попал словно в капкан.
Все элементы моего существования потерпели почти одновременное фиаско. Но никаких проблесков на тот момент ещё не засверкало в моей бедовой голове…
Совершенно понятно, что очередная моя поездка к тёще на блины закончилась очередным нулевым результатом. Наташа не только не захотела разговаривать со мной, но даже не вышла на порог. И я напрасно проболтался под их окнами до самой ночи, пытаясь увидеть её или детей.
Зато следующим замечательным утром ко мне домой (на работу ехать было пока незачем) явился участковый инспектор, которого я прежде в жизни никогда не видел. Он провёл со мной задушевную беседу, из которой следовало, будто я зверски угрожал жизни и здоровью соседей снизу в ответ на их законную просьбу оплатить размытую потопом ванную!
Что я мог этому участковому объяснить? Ну, пообещал заплатить, раскаялся в совершённых угрозах, сослался на тяжёлую семейную ситуацию. А участковый заявил в свою очередь, что возьмёт это дело на особый контроль, и чрезвычайно подозрительно со мной распрощался, скорее всего, ни капельки не поверив всем моим фальш-раскаяниям. И правильно сделал, ибо…
В этот день я напился до чёртиков, не отвечал на звонки по сотовому и никому не открывал входную дверь, несмотря на чьи-то настойчивые попытки проникнуть ко мне в берлогу.
С раннего утра после ужасной, насквозь проспиртованной ночи, а болею я всегда с большого перепоя, меня всё-таки поднял с постели настойчивый звонок в дверь. А вдруг это Наташа?
Конечно, Наташа, как же… размечтался.
В коридоре стоял Антон, состряпав деловую мину на хищном лице.
- Может, пора договариваться, сосед? – изъявил он весьма прогрессивную мысль, искусно побалтывая непочатой поллитровкой. – Пустишь в дом? Выпьем, закусим, обсудим условия взаимовыгодной сделки!
При слове «выпьем» мой организм бурно запротестовал, но прежде всего бурно запротестовала моя душа при слове «миром».
- Ты … аферист хренов! – озвучил я не очень лицеприятную оценку его миротворческой миссии. – Хрен тебе с маком, а не договор!
- Тебе что, и милиция уже не указ? Снова угрожать будешь? – несколько приподнял тональность переговорного процесса этот мошенник и фактически кровопийца.
- Да идите вы вместе с вашей купленной милицией… Знаешь, куда? – объявил я окончательный и бесповоротный вердикт их жульническому проекту и тут же захлопнул дверь прямо у Антона перед носом. С мошенниками не договариваюсь!
И вновь звонок по телефону.
А, а это уже из фирмы, куда я должен был перечислить деньги ещё во вторник вечером. Сейчас насядут…
Но действительность превзошла все мои ожидания.
Вместо вежливого голоса менеджера в трубке раздался противный, грубый бандитский сип:
- Какого дьявола ты трубу не берёшь? Вчера весь день мои парни до тебя дозвониться не могли!
- Простите… с кем имею честь?...
- Какая тебе разница? Бабки мои где? Я их должен дальше гнать! Меня люди на куски рвут!
- Понимаете, - принялся я оправдываться, - мой расчётный счёт арестовала милиция, и я не смог…
- А мне пополам твои проблемы. Дитё, что ли? Нал гони тогда, и вся недолга! – разъяснили мне в трубку положение дел.
- Послушайте, у меня не бывает столько наличных на руках. Откуда мне взять, ведь счёт-то арестован.
- Послушай, мне на…ть. Мне люди счётчик включили! А я включаю его тебе, понял? Нет денег – гони тачку или хату по срочняку слей. Займи где-нибудь, в конце концов. Кредит возьми! Короче, с тебя сумма плюс проценты, понял? И сегодня же! А то завтра по-другому начнём разговаривать…
- Сколько? – утомился я уже выслушивать эти отвратительные угрозы и оскорбления. Придётся ведь заплатить так и так.
- Таак… Пять евриков с тебя. Но это только до сегодняшнего вечера, усёк? Смотри!... Завтра с утра будет шесть, и так далее!
Но я уже не слушал размышления этого полубанкира-полубандита. У меня перед глазами пульсировала картинка одной знакомой рекламы, и громыхали в голове до ужаса знакомые слова – «пять евриков», «пять евро»!
Да знаю я, где мне срочно достать эти пять тысяч евро. Уже почти неделю должна бы работать программа моего осчастливливания, о которой я совсем забыл за всеми своими проблемами!
Где же её действие, хотел бы я знать?
Бабки мои гоните назад, господа продавцы воздуха!
Я тут же бросился в офис «продавцов счастья», совсем позабыв об инструктаже, которым меня освящала длинноногая секретарша Лера.
Офис, естественно, не работал, как мне это и обещали. А может, эти мошенники и аферисты вообще сбежали, получив от меня (да и не только от меня) некоторый достойный куш?
Я побежал в администрацию офисного здания.
Да нет, сообщили в администрации, мы знаем, люди закрылись на неделю и в воскресенье обещались быть на месте. Всё как обычно.
В воскресенье? В выходной? Ну, ладно, если меня ещё не прибьют до того времени какие-нибудь бритоголовые лихоимцы, нанесу я весьма дружественный визит в это весёлое заведеньице!
Только где мне теперь взять налом целую пятёрку евро до вечера?
Надо быстро шлёпать домой и пробовать назанимать по частям у знакомых и друзей. Сумма отнюдь не неподъёмная, весь вопрос только в срочности займа. И я направил свои стопы обратно к себе на хату.
Так я и шёл, погружённый в печальные думы о таких далёких теперь жене и детях. Как я уже по ним соскучился! Надо же было такому горю случиться, надо же было наскочить на таких проходимцев, подлых соседей. Никогда бы не мог подумать, что вляпаюсь в подобную историю!
Так, полностью увлечённый подобными мыслями, я зашёл в свой подъезд.
В тамбуре непосредственно возле входной двери шла возня. Освещение отчего-то не работало, и я видел в темноте только неясные колышущиеся тени. Что здесь происходит?
Ко мне обернулся человек и, пробормотав следующее «на, подержи, друг», сунул в руку холодный на ощупь предмет. Не понял!
Моментально двое мужиков, в том числе тот, который этот предмет мне и сунул, выскочили из подъезда, оставив меня наедине с третьим участником возни. А этот третий вдруг навалился на меня всем туловищем и тихо соскользнул на пол. Проще говоря, свалился. Тут же в подъезде вспыхнуло освещение.
Придя в себя от неожиданности, я склонился над упавшим человеком и присмотрелся, ничего ещё не понимая. Этим упавшим мужиком оказался тот самый Антон, мой гадкий сосед-вымогатель. Похоже, он был без сознания.
В этот момент я, наконец, соизволил взглянуть на неизвестный предмет, так заботливо сунутый мне в руку неизвестным мужиком, и тотчас выронил его из враз онемевших пальцев. Так как это оказалась тонкая металлическая заточка, вымазанная чем-то тёмным и липким.
Заточка брякнула о камень пола и сразу, откуда ни возьмись, сверху по лестничному пролёту спустилась жена Антона Ирка и остановилась в паре метров от нас, закрыв рот руками и с ужасом взирая на возлежащее на полу неподвижное тело мужа. А под Антоном уже растекалась лужица тёмной жидкости.
- Нет, нет, нет, нет… Антон, Антон… - забормотал я, холодея душой от самых дурных предчувствий. Мне вдруг стало яснее ясного, что все мои неприятности и несчастья последних дней – ничто в сравнении с этой новой так неожиданно свалившейся на голову бедой.
И тут же раздался дикий, отчаянный Иркин визг…
Я, похоже, впал в ступор. Со мной что-то делали, куда-то волокли, о чём-то допрашивали. Я, естественно, всё отрицал. А кто бы не отрицал на моём месте? Я ведь ничего не делал.
Однако заточка, побывавшая столь нелепым образом в моих доверчивых руках, оказалась огромным минусом, работавшим против всех моих словесных аргументов.
Кроме того, разве не я самым свинским образом угрожал Антону и его супруге скорой расправой? Разве не мои угрозы были зафиксированы с помощью диктофона пронырливой подельницей пострадавшего?
Короче говоря, я быстро из вполне законопослушного бизнесмена и семьянина превратился в главного подозреваемого по делу о разбойном нападении на Антона К. с покушением на его убийство. В проклятого душегуба и кровопийцу!
Единственное чем смог обрадовать меня следователь - потерпевший, пусть и находился в тяжёлом состоянии и по прежнему находился без сознания, всё-таки был жив.
За ночь, проведённую в КПЗ, и за следующий день там же я столько нового для себя узнал о мире уголовников, столько наслушался отборного мата, всяческой тюремной фени, что голова моя пошла кругом. Неужели же придётся отныне существовать в этом тёмном мирке многие годы среди воров и убийц, среди всяческих отбросов рода людского, если всё и дальше будет настолько неудачно для меня развиваться?
Могу признаться, что за эти сутки я погрузился практически в полную безысходность.
Оставалось только надеяться, что Антон всё-таки выживет, придёт в себя и назовёт истинных виновников покушения. Да, мне приходилось надеяться на человека, с которым у меня самого случилась серьёзная конфликтная ситуация. Но если он вёл подобный образ жизни, строил афёры и совершал мошенничества, неудивительно, что рано или поздно ему суждено было напороться на чью-нибудь заточку! Однако при чём здесь я?
Наступила ночь с субботы на воскресенье.
В КПЗ уже был объявлен отбой, когда дверь в камеру отворилась, и я был поднят с нар и отконвоирован к следователю в кабинет.
В чём дело? А дело в том, довёл до меня следователь, что героическими усилиями работников милиции были найдены настоящие организаторы нападения на Антона К. и, таким образом, с меня снимается тяжкое обвинение, и с этой минуты я превращаюсь из подозреваемого в покушении на убийство в главного свидетеля данного преступления.
Знаете, я чуть было не расплакался от нахлынувших эмоций. Есть всё-таки правда на белом свете!
Меня отпустили домой. Даже довезли на патрульной машине, не один раз вежливо попросив извинений.
Как же был сладок сон дома, в своей замечательной постели, после тщательной помывки под тёплым ласковым душем!
И только одно место так и продолжало болеть во мне - Наташа и дети…
В воскресенье, в девять часов утра я зашёл в помещение, арендованное компанией «Продавец счастья», где был встречен в шикарной приёмной длинноногой секретаршей Лерой, спокойной, как две тысячи слонов.
- Прошу вас, проходите, - предупредила она вежливым эпитетом мои неотвратимые претензии, намётанным взглядом вычитав их на суровом лице обманутого клиента. – Алексей Данилович примерно час, как ждёт вас.
Ворвавшись живым укором в кабинет шефа, я подгрёб к столу, внутренне готовый к крайне острому разговору, и тяжело присел на ободранный табурет, настроившись драться за свои кровные пять тысяч евро ровно до победного конца.
А шеф только разок глянул мне в лицо своими пронзительными глазищами и произнёс:
- Ага, ясно, подождите-ка минутку.
Потом он вскочил со своего табурета, подошёл к шкафу и, открыв дверцу, ухнул куда-то вовнутрь:
- Ну-с, господа, теперь давайте по порядку, как договаривались…
И я понял, что дверь фальшивого, как и вся их контора, шкафа, ведёт в некое соседнее потайное помещение.
Алексей Данилович отошёл в сторону, и из «шкафа» вышел капитан, который допрашивал меня по делу о нападении на Антона К. в городском следственном изоляторе.
Он отдал мне протоколы моих допросов, сказав только – «держи на память, браток», и ушёл из кабинета.
Следом за ним вышли двое парней милиционеров и на моих глазах порвали в клочки постановление об обыске и изъятии бухгалтерских документов в моём офисе.
Потом из «шкафа» выполз некий мужичок в дешёвом спортивном костюме и полубандитским сипом объявил, что прощает мне долг в пятёрку евриков, но - только на этот случай! Главное, чтобы бабки всё-таки были сегодня же перечислены ему на счёт…
После из фальш-шкафа выскочили двое тех самых гаишников с большой дороги и отдали мне ключи от «Камри», заявив, что машина стоит за углом, а также вернули права, изъятые у меня за якобы пьянку на дороге. Но - заявили они, спиртного за рулём ни-ни – добро?- а не то, ух!…
А потом оттуда выбежали два самых ценных моих сотрудника и разорвали в клочки свои заявления об увольнении с фирмы. «Гнать будешь, не пойдём никуда» - так заявили они, обнимая меня и дружески хлопая по плечам.
После этого из потайного помещения вышли главные мои мучители всей этой чёрной недели - Ирка и Антон. Они вышли, держась за руки, как влюблённые дети, и заявили об отсутствии претензий по поводу залитой ванной, а Иринка хитро глянула мне в глаза и объявила, что нашла для своего будущего малыша гораздо более удачную, чем я, кандидатуру в папаши. И, глядя на широко улыбающееся доброе лицо Антона, я, естественно, догадался, кого она имеет в виду.
И, наконец, когда все вышеозначенные товарищи покинули кабинет шефа продавцов счастья, из зашкафной комнаты появились ненаглядная моя Наташа и двое наших несравненных ребятишек.
И я, сидя на дешёвом табурете, обнимая всеми руками и всеми фибрами вдоволь настрадавшейся души свою замечательную, нежно любимую семью… не стесняясь, плакал навзрыд…
…И был абсолютно счастлив!
Дорогой читатель спасибо огромное за дочитанную до конца статью и комментарии!!!
Если понравилось палец вверх и подписывайся на канал буду очень рад, так как много статей пишу на эту тему для тебя)