Солдат должен быть готов к бою и обучен. Солдат должен быть тупым, чтобы не думать ни о чем, кроме выполнения приказа. Для того, чтобы солдат был одновременно обученным и тупым, учат его, соответственно, тупые.
На 4 день, если считать санчугу, строевую и прочую лабудень, за которые меня в комментариях критикуют, мол, я насмотрелся сериалов и не служил (ну да не будем уподобляться глупым людям, о них достаточно будет написано в этом дневнике), наступила пора интенсивных занятий.
Занимались в специальном классе на втором этаже казармы. Начинали, конечно же, с основы основ – гимна, герба и флага. Солдатикам нужно усвоить, что это – государственные символы Российской Федерации. В 22+ года, а большинство находилось именно в этом диапазоне, знать такие вещи, конечно же, не представлялось возможным. Кто вообще видит флаг или герб до службы?
Следом были воинские звания. Вот это было уже куда полезнее, потому что в лычках, звёздах и прочем добре Саня не разбирался. Зарисовал в тетрадочку, зафиксировал визуально и сразу же запомнил. Все оказалось настолько просто, что не верилось, а раньше ему казалось, что этих званий десятки, и все какие-то старшие, младшие, средние и прапорщики.
Не всем давались схемы так просто, как журналисту. Один из пареньков все никак не мог уловить простейшую армейскую логику и потому регулярно толкал землю. После 3 или 4 раза землю начали толкать все, отчего градус напряжения пополз по экспоненте.
Для разнообразия сменили тему на гимн. Гимн Российской Федерации Саня знал хорошо, путался только в середине второго куплета, потому что редко когда слышал его дальше первого, но в целом понимал, что к чему. Кроме того самого нерасторопного чувака, который, кажется, вышел из леса и нарвался на военкома. Его скорость в освоении материала ужасала жиденькие санины трицепсы, пока он стоял в «полтора», ожидая, когда же с уст единственного стоящего солдата сорвутся нужные строки.
Строки не срывались. Двенадцать полулежачих тел орошали пол своим вонючим потом, мысленно представляя, как привяжут недалекого товарища к двум березам за ноги.
- Ну давай уже, - скучал Козырь, - хотя бы первый куплет…
- Россия любимая наша Держава, - начал тянуть бедолага, - Россия великая наша страна.
Двенадцать ладоней встретились с двенадцатью лицами. Кто-то издал обреченный не то рёв, не то стон.
*******************************************************************************
- Козырь, пошли за вишней. Ну их нахрен, - Гусь обреченно махнул рукой, - пусть полежат пока, я щас усну.
- Погнали.
Командиры покинули аудиторию и затопали по коридору в направлении эвакуационного выхода. Солдаты бессильно повалились на линолеум, чтобы отдышаться и расслабить руки.
- Пацаны, простите, - пропищал непомнящий, - вообще не лезет в голову этот гимн.
- Ну так заткнись и учи, - донесся безжизненный голос откуда-то с противоположного ряда.
И тот реально уткнулся носом в тетрадку. Слышно было даже, как загудели нейроны в головешке.
Из коридора донеслись торопливые шаги. Отдых заканчивался, камуфлированные хитрецы оперативно перекатились на животы и вернулись в исходное положение.
- Ты глянь, Козырь, реально в «полторахе» лежат, - Гусь говорил с трудом. Из уголка набитого рта стекала алая капля, - Встать! Занять места.
Солдаты с наигранным удовольствием поднялись и водрузились на табуреты.
- Ну что, выучил гимн? – кепка Козыря трещала по швам от спелой красной вишни, которую они нарвали за окном. Благо дерево росло прямо у стены казармы, так что из окна второго этажа ее обобрали почти полностью.
- Никак нет, товарищ рядовой.
- Плохо. Стой учи. Так, кто у нас умный. О, очкарик, - взгляд Козыря пал на Саню, - ты же умный, как правильно: срЕдства или средствА?
- СрЕдства.
- Почему?
- Потому что при склонении существительных ударение чаще всего сохраняется неизменным.
- А что ты сделаешь, если я буду говорить «средствА»?
- Ничего не сделаю.
- Почему?
«Потому что мне пох» хотел уже ответить Саня, но удержался.
- Потому что мне всё равно.
- Неправильный ответ, упор лёжа принять!
Пока Саня отжимался, в голове назойливо гудела мысль, что надо было ответить как хотелось изначально. Тогда хоть было бы не обидно.
****************************************************************************
После пятидесятого раза в двери возникло лицо Ореха.
- У вас тут есть умные самцы? – быстро спросил он.
- Вон умный, лежит, - махнул Гусь в сторону Сани и углубился в чтение скабрезной книжки для домохозяек за 40 «50 оттенков серого». Книгу эту он берег, прятал от всех вышестоящих чинов и только ночью, с фонариком под одеялом, позволял себе ее доставать и читать, подозрительно поскрипывая кроватью.
- В шахматы могёшь? – Орех переключил внимание.
- Угу, - буркнул Саня из-под столов.
- Вставай, пошли сыграем.
Саня встал. Сели за свободный стол, достали доску и расставили фигуры. Сане выпал жребий играть за белых. Чтобы проверить навыки оппонента, он разыграл классический дебют, что было встречено гамбитом, которого уж никак не ожидалось от шкафа в форме.
Саня напрягся и уже играл серьезно. Слоны и ладьи скользили по полю, срубали вражеские фигуры, в дыму и копоти вставали пешки.
- Шах! – ликовал Саня.
- Рокировка, - парировал Орех.
- Так нельзя же рокировку делать, если шах объявлен…
- Задача игры какая? Защитить короля, вот я и защищаю! Если нельзя – иди двести пятьдесят раз отожмись.
Саня понял, что положение безвыходное и лихорадочно шарил глазами по доске. И тут увидел то, что никак не входило в планы Ореха. То, что он не мог видеть, потому что был слишком сосредоточен на своём жульничестве. Одинокий окруженный врагами слон стоял на противоположном конце поля. Как раз на той диагонали, куда должен был встать король оппонента. Выдавив из себя обреченный вздох, Саня начал реализовывать план мести. Уж если играть не по правилам, так хотя бы изящно.
Орех не заметил подвоха и с довольной улыбкой сделал рокировку. Саня приподнял слона и элегантно смахнул короля с доски. Глаза Ореха полезли на лоб.
- Нельзя же короля убирать с доски! – начал было он.
- Задача игры какая? – Саня ликовал. – Убить вражеского короля. Вот я и убил. Партия!
Потом все равно отжимался, зато на душе было светло и спокойно.