Шатался вчера по Москве,
Мчал в школу взлохмаченный, шалый...
Сегодня шагаю, как все,
в шинели тяжелой, шершавой.
Иду по России в строю.
Глазами, душой, не из книжек
Всю родину вижу свою,
Народ озабоченный вижу.
А в школе-то, помнится, ты,
Мальчишка по имени Сашка,
Был вовсе не богатырь,
По спорту — лишь тройка с натяжкой.
Я сено в стога не метал,
И в технике смыслил мало,
И только сейчас испытал Весомость
и холод металла,
Лишь в этих деталях стальных
Винтовки, что в руки мне дали.
И хуже солдат остальных
Затвор собирал я вначале.
Иду по России в строю,
Ночую в заброшенных селах.
На лица крестьянок смотрю,
На их ребятишек суровых,
На беженцев хмурый поток...
И всюду как будто впервые
Я слышу:
«Родимый...»,
«Сынок...»,
«Какие идут
молодые!..»
Везде (остановка ль, ночлег):
«Браток...»
И услышу едва ли
Теперь:
«Молодой человек» —
Как в мирное время в трамвае.
Тяжел — все еще — вещмешок,
И лезу украдкой все чаще
В НЗ... пока не дошел
Солдат до войны настоящей.
А на полустанках пустых
Толпа возле кранов с водою.
То раненых, то запасных
Я вижу солдат с бородою.
Простужен их голос и груб.
Навстречу помашут с площадки
На них категорий «б-у»
Поношенные ушанки...
У каждого дом и жена,
Но сразу об этом не скажет.
Порою ладонь, тяжела,
На плечи мне запросто ляжет.
Мол, брови, парнишка, не морщь...
И хоть это время сурово,
Я чувствую ласку и мощь
Большого народа родного.
Их говор, их душ теплоту
Лишь тут я взаправду услышал,
И сам я как будто расту,
Сам делаюсь ростом повыше.
Их строгость и доброту
Тут чувствую ежечасно,
Хоть бомба ревет на лету
И сразу становится страшно.
Впервые почувствовал здесь
Себя я большим не на шутку,
Среди этих сильных людей
Во фронтовых полушубках...