Следуя пушкинской традиции — краткости и лаконизму при глубине мысли, — Лермонтов в одной резкой детали раскрывает большую идею. Он завершает историю с таманцами таким эпизодом: брошенный Янко и девушкой плачет слепой мальчик.
Он чувствует себя виновником страданий мальчика и всех остальных таманцев. В следующих главах Лермонтов покажет причины этих противоречий: светская среда извратила богатую, одаренную натуру Печорина, обессмыслила его жизнь.
Серьезное значение для понимания характера Печорина имеет образ разночинца, человека, вышедшего из народа, тесно связанного с народом — доктора Вернера.
Надо сказать, что в литературе 30-х годов вопрос о разночинцах приобрел большое значение, что было вызвано ростом демократической интеллигенции в этот период.
Передовая литература 30-х годов показала идейный, духовный рост разночинца, растущее в нем чувство протеста против произвола и гнета. В литературе этого времени нередко разночинца называли маленьким человеком.
Такой термин часто не соответствовал тому содержанию, которое вкладывали в этот образ русские писатели: маленький человек часто оказывался умнее, человечнее, благороднее, энергичнее некоторых дворянских героев.
Пушкин в эти годы рисует образ «мученика 14-го класса», бедного станционного смотрителя, сломленного горькими испытаниями, и в то же время создает образ чиновника Евгения, который вступает в спор с Петром, грозит Петру. Евгений справедливо упрекает царя в том, что тот, построив город, не позаботился о нуждах простых лютей. Правда, Евгений не понимает исторической необходимости дела Петра.
Важно, однако, что писатель подчеркивает силу разночинцев, их способность ставить большие государственные вопросы, защищать свои интересы. Как и Пушкин, Гоголь представил образ обездоленного, пришибленного судьбой чиновника Башмачкина и в то же время характер такого-же несчастного горемыки, в сознании которого уже пробуждается чувство недовольства окружающей действительностью — Поприщина из «Записок сумасшедшего».
Все характеристики, которые Поприщин дает высшему чиновничьему кругу, замечания о жизни бедных исполнены негодования и ненависти к эксплуататорскому обществу, меткого остроумия. Не случайно герой «Записок сумасшедшего» замечает, что он начинает иногда слышать и видеть такие вещи, которых еще никто не видывал и не слыхивал.
Его положение позволяло ему говорить то, что он вынужден был бы хранить втайне, если бы считался нормальным. Ведь и Пушкин чему юродивому удается, осудив царя Ирода, выразить думу народа.
Создавая образ Вернера, Лермонтов увидел, какой серьезный шаг вперед сделал народ в своём развитии. Из его недр вышла передовая демократическая интеллигенция, глубоко осознавшая противоречие времени, подобно пушкинскому и гоголевскому разночинцу, остро ненавидевшая дрорянский мир.
Очень показательна перекличка между доктором Вернером Лермонтова и доктором Круповым, созданным Герценом через несколько лет в романе «Кто виноват?».
Если в Максиме Максимовиче Лермонтов раскрыл добрую, отзывчивую душу русского человека, сумевшего и в суровых условиях сохранить веру в человека, то в Вернере он отметил зрелый, глубокий ум народа, остроту мысли. Разумеется, Лермонтов не мог создать образ революционного интеллигента. Такой образ только складывался в этот период.
Писатель только начинал сближаться с этим поколением, но ему удалось уловить немало типичных черт этого образа: материалистичность мировоззрения, силу ненависти к миру эксплуататоров, меткость сатирического обличения дворянской среды, во многом перекликающегося с обличением эксплуататорского общества, данного в «Записках сумасшедшего».
В полных сарказма характеристиках Вернера видим ростки будущей школы, «не знающей ни страха, ни сомнения», школы Щедрина и Некрасова.