"Как я здесь оказался?". Именно эта мысль проскочила в голове у Джонни после того, как он осмотрелся по сторонам. В ушах до сих пор стоял шум взрывов погибающей базы на Перл-Харбор, вместе с которой под обстрел угодил и он, восемнадцатилетний лётчик-истребитель, ни разу не успевший побывать на боевом вылете. Но глаза упрямо противоречили памяти. Да, сомнений быть не могло. Эти действительно Чикаго, его родной квартал, занесённый после долгой метели и совершенно безлюдный.
Подняв как можно выше воротник своего, неведомо откуда взявшегося, пальто, рядовой Уилсон пошёл вдоль пустынной улицы, пообещав себе ничему больше не удивляться.
Город, казалось, крепко спал, окна всех домов были чёрными, как сама ночь, нигде не было слышно, ни шума машин, ни даже лаянья бродячих псов, которых всегда было в достатке в этом богом забытом райончике.
"Скорее всего это сон... Да, определённо сон. Но когда же я уснул?.. Глупость какая-то получается. А может..."
Ход его мыслей оборвал новый факт. Джонни был здесь не один. Буквально в сотне метров от того места, где он стоял, в свете одинокого фонаря мелькнул чей-то силуэт.
"Кто бы это ни был, он должен знать, что здесь происходит! И я обязан узнать, что именно!"
Пока эти слова проносились в голове солдата, сам он, сломя эту самую голову, нёсся к тому закоулку, где пару секунд назад скрылся силуэт. Но, добежав до цели, он увидел лишь пустоту. Пустой переулок, уходящий в тупик.
Не успел он пройти и пары метров вглубь переулка, как почувствовал на себе чей-то взгляд...
-Джонни!
От неожиданности он обернулся слишком резко, и, не сумев удержать равновесие на оледеневшем асфальте, резко уселся на землю.
То, что Джон увидел, повергло его в глубочайший шок. Перед ним стояла девушка, совсем ещё юная, на вид ей не было и семнадцати лет. Её искренняя улыбка и яркий румянец на щеках делали её образ по-детски невинным, отчего храбрый солдат растерял последние запасы храбрости, и уж было подумал, что девушка эта и вовсе не из этого мира. Эту мысль подкреплял и совсем уж неподходящий для этой суровой ночи наряд незнакомки: лёгкое белое платьице, в котором, наверное, и в прохладный летний вечер было бы не очень уютно.
Её взгляд прервал все его размышления. Это было что-то ну совершенно невероятное! Её, светящиеся истинно детской радостью глаза, беспрерывно меняли свой цвет, становясь то карими, то изумрудно-зелёными. Джонни любовался её, боясь даже вздохнуть. Ведь реальность не может быть так прекрасна, а мираж... мираж исчезнет, стоит лишь его немного потревожить.
Но это был не мираж. Не совсем он.
-Джонни!
-Ммммы знакомы?
-Я знаю тебя лучше, чем ты можешь себе представить!
Улыбка на лице девушки становилась всё более довольной, в то время как лицо солдатика становилось всё более глупым от растущего недоумения.
-Но... Кто ты?
-Слишком много вопросов! Не спиши, скоро ты всё узнаешь. - немного помолчав, она продолжила. - А теперь тебе пора возвращаться, а не то, чего доброго, так и останешься здесь мёрзнуть!
Девушка звонко рассмеялась, а затем исчезла так же резко, как и появилась.
***
-Эх, жалко парня, совсем молодой ещё был... Джесси, фиксируй время- 17:29.
-Но доктор Стивенс! Он открыл глаза!
-Не говори ерунды! Ты за сегодня повидала не мало, вот и мерещится всякое...
-Взгляните сами, доктор!
Старик отвернулся от кипы бумаг и взглянул на операционный стол.
-Невероятно! Это ведь совершенно невозможно! - он подбежал к окровавленному солдату, схватил его за руку и продолжил, - мистер Уилсон, вы хоть понимаете, насколько вам повезло?! Вы были мертвы больше трёх минут!
Джонни с величайшим трудом набрал в грудь воздуха, ощущая каждое сломанное ребро, и осмотрелся.
Он был в полевом госпитале, в окружении таких же раненых как и он. Вокруг суетились врачи, санитары и медсёстры. Доктор, державший его за руку, говорил что-то невнятное ("возможно, всему виной какая-нибудь контузия" подумал Джон), но явно очень эмоциональное.
Через пару минут прибежала медсестра, и начала суетиться вокруг него, то смывая кровь, то перевязывая раны, при этом в панике ни одно дело не доводя до конца.
"Совсем ещё ребёнок"- подумали одновременно доктор и пациент,-"что с неё взять"
Карл Стивенс окликнул девушку, как оказалось, её звали Джесси, и отпустил её отдохнуть, сказав, что сам закончит работу.
Но она не ушла. Лишь села рядом с Джоном и стала рассматривать его. А он - её.
И в этот момент прикованный к столу ранами солдат готов был вскочить от удивления. Кровь скрывала за собой почти всё лицо, обычное дело для полевого госпиталя, но сквозь эту кровавую пелену на него смотрели по-детски счастливые, переливающиеся от карего к изумрудно-зелёному цвету, глаза.
-Ты вернулся, Джонни. Теперь всё будет хорошо.
Она улыбнулась, и её улыбка была последним, что он увидел, погружаясь в сон.