Есть люди, значение которых для истории страны трудно переоценить. Можно спорить о масштабе личности, душевных качествах, этике и морали. Однако даже самые ушлые журналисты не в состоянии вычеркнуть из истории страны Лаврентия Берию, например, Распутина или Петра Первого.
Александр Исаевич Солженицын – один из людей, создавших образ России в мире.
13 февраля 1974 года Александр Исаевич Солженицын решением ЦК КПСС был лишён советского гражданства и выслан из страны. Ему повезло – он не был расстрелян, как Бабель, не умер в ГУЛАГе как Мандельштам, не повесился от безысходности, как Цветаева, не скончался вдали от Родины, как Набоков и Бродский. Солженицына привечали и награждали, слушали и чествовали, он стал эталоном для эмигрантов.
В 1994 году страна решила исправить свою ошибку. Государственная премия, награды, публикации, своя дача в правительственном посёлке и даже место на кладбище Донского монастыря. И спокойная смерть – как итог многотрудной жизни. Каким он был, Солженицын?
«В круге первом»
Александр Исаевич (Исаакович) был единственным ребёнком в семье русского крестьянина и дочери украинского помещика.
Отец, Исаакий Солженицын погиб на охоте в 1918 году, за 6 месяцев до рождения первенца, мать, чтобы прокормить сына стала стенографисткой. Вся родня была разорена большевиками после революции. Александр блестяще окончил школу, был искренним убеждённым комсомольцем. Поступил в Ростовский Университет на физмат, параллельно – на заочное в ИФЛИ, изучал историю, литературу, марксизм-ленининзм. Был сталинским стипендиатом. В 1940 году женился на однокурснице Наталье Решетовской.
В 1941 году Солженицын добровольцем пошёл в армию. Сперва по состоянию здоровья служил в тылу, потом настоял на отправке в артиллерийское училище, и после выпуска отправился прямиком в окопы. Дослужился до капитана, был награждён двумя орденами.
В переписке со школьным другом нелестно отозвался о Сталине, Ленине и советском строе. В феврале 1945 был арестован, получил 8 лет лагерей. Спасло физико-математическое образование, Солженицына затребовали в «шарашку» и он несколько лет проработал математиком В 1948 году жена Солженицына подала на развод. Из-за размолвки с руководством он был переведён в Степлаг, где трудился на «общих работах». Лагерный опыт и «шарашка» впоследствии сыграли огромную роль в творчестве писателя.
В 1952 году у Солженицына диагностировали рак желудка, прооперировали в лагерной больнице. В 1954 году опухоль дала рецидив. Из ссылки писателя отпустили в Ташкент на лечение в онкоцентре. Уникальный случай для того времени – с болезнью удалось справиться. Впоследствии этот эпизод биографии лег в основу одного из лучших романов Солженицына.
«Раковый корпус» - если игнорировать политику, это потрясающая история людей, стоящих у порога смерти. В 1956 году Солженицын был освобождён «за отсутствием состава преступления». В 1957 году заключил второй брак с первой женой и стал преподавать астрономию в Рязани. К тому моменту уже существовали в черновиках романы «Раковый корпус» и «В круге первом».
«Бодался телёнок с дубом»
Литературный успех пришёл к Солженицыну неожиданно. «Один день Ивана Денисовича» был напечатан Твардовским в «Новом Мире» в 1962 году. Первое опубликованное произведение никому не известного писателя было тут же номинировано на соискание Ленинской премии – настолько просто и страшно рассказал Солженицын о быте заключённых ГУЛАГА. Отступление для тех, кто считает «Архипелаг» вымыслом – современники писателя так не считали.
К писателю волной хлынули письма, тысячи жертв сталинских репрессий торопились рассказать ему свою историю. В новых произведениях Солженицына ещё ярче проступила критика режима – как сталинского, так и современной ему «оттепели». К 1964 году рассказы и стихи Солженицына перестали публиковать советские журналы, зато эмигрантская периодика с восторгом приняла нового диссидента.
В 1965 году КГБ конфисковало архив писателя, после чего Александр Исаевич окончательно перешёл в оппозицию к власти. Его романы «Раковый корпус» и «В круге первом» начали распространяться подпольно (в «самиздате») и печататься за границей. Западная общественность с восторгом встретила прозу Солженицына.
В 1967 году появилось знаменитое письмо Солженицына к правительству, в котором он рекомендовал сменить коммунистический курс на патриотически-национальный и отказаться от цензуры и политических преследований инакомыслящих.
В 1970 году писателю была присуждена Нобелевская премия по литературе. В обмен на возможность получить её лично, власти предложили Солженицыну покинуть страну. Он отказался. В 1972 году Александр Исаевич получил развод и вскоре вступил во второй брак с Натальей Светловой, которая стала матерью четырёх детей писателя и делила с ним беды и радости до скончания дней.
В 1972 году в Америке вышел роман «Август 14», поэтому к 1973 году отношения писателя с властью снова обострились. КГБ конфисковало рукопись важнейшего произведения писателя «Архипелаг Гулаг». Помощница Солженицына, Е. Бортнянская повесилась, после того, как выдала местонахождение документов – по счастью микрофильмы «Архипелага» уже были переправлены за рубеж. Специальным Пленумом ЦК КПСС было решено выслать Солженицына из страны, что и было проделано в феврале 1974 – писателя обвинили в измене Родине и выслали в ФРГ. Через месяц туда же отпустили его жену и детей.
Репатриация
Два года опальный писатель прожил в Цюрихе, основал фонд помощи политзаключённым. Затем перебрался в Америку и построил собственный дом подле города Кавендиш (штат Вермонт). 18 лет Солженицын растил детей и сам давал им уроки математики, занимался публицистикой, творил 10томную эпопею «Красное Колесо» и размышлял о судьбах России.
За эти годы у Александра Исаевича вышло более 150 статей в периодике, он основал «Всероссийскую мемуарную библиотеку» и серию книг «Исследования по новейшей русской истории». Писатель много путешествовал, объездил всю Европу, бывал в Японии… и мечтал вернуться в Россию. Точнее был уверен, что однажды вернётся. Так и произошло.
После начала перестройки гражданство Солженицына было восстановлено. Произведения Александра Исаевича публиковали все толстые журналы, имя писателя стало символом борьбы с Системой. 27 мая 1994 года Солженицын с семьёй прилетел из США во Владивосток и торжественно проехал на поезде через всю страну до Москвы. Правительство приняло его со всеми почестями, подобающими живому классику, вернувшемуся домой.
В 1998 году Солженицын был награждён орденом Андрея Первозванного, но отказался принять награду так же резко, как ему в своё время запретили получать «Нобелевку»: «От верховной власти, доведшей Россию до нынешнего гибельного состояния, я принять награду не могу». Последние годы жизни Александр Исаевич тяжело болел и не выходил из дома, но недуг не помешал ему вместе с женой продолжать работу над составлением 30-томного собрания сочинений.
3 августа 2008 года писатель скончался. Православный патриотизм, за который Солженицын так ратовал, стал частью политики государства. А вот фигура писателя сделалась одиозной. …Каким-то татарам какой-то Олег за что-то отмстил почему-то, как однажды спел Галич. Истинную роль Солженицына в Российской истории мы поймем лет через сто. А пока можно наслаждаться прекрасной прозой и не вчитываться в политику.
Из интервью А.И. Солженицына газете «Таймс»:
- Возможно ли в демократическом обществе поставить преграды чрезмерному увлечению материальными благами?
- Демократическое общество на протяжении последних хотя бы двух столетий прошло существенное развитие. То, что называлось демократическим обществом 200 лет тому назад, и сегодняшние демократии - это совершенно разные общества. Когда 200 лет тому назад создавались демократии в нескольких странах, еще было ясно представление о Боге. И сама идея равенства была основана, была заимствована из религии - что все люди равны как дети Бога. Никто не стал бы тогда доказывать, что морковь это все равно что яблоко: конечно, все люди совершенно разные по своим способностям, возможностям, но они равны как Божьи дети. Поэтому и демократия имеет полный настоящий смысл до тех пор, пока не забыт Бог. Поскольку мы за эти 200 лет оторвались от Бога - демократия потеряла верхний центр. Предполагалась удерживающая сила именно моральная, а не государственные учреждения. Спасение демократии, конечно, не во введении строгих инструкций по ограничению. Спасение в том, чтобы люди, имея так много, имея почти все, - сами бы начали отказываться от лишнего.