Вот буквально вчера я писала о супруге Наполеона III, моднице императрице Евгении, а сегодня подоспела новость о Наполеоне Бонапарте. Вчера на одном французском аукционе были выставлены его сапоги.
Адъютант Наполеона, генерал Анри Гасьен Бертран, и сражался рядом, и не оставил своего императора в изгнании. Он сопровождал его и на остров Эльбу, и на остров Святой Елены. Перед смертью Наполеон раздал своим товарищам кое-какие личные вещи для передачи сыну, и среди них были эти сапоги.
Во Францию Бертран вернулся в 1821, и даже сделал политическую карьеру. А в 1840 он был членом делегации, отправленной на Святую Елену, чтобы перевезти останки Наполеона во Францию.
Скульптору Карло Марочетти было поручено создать конную статую Наполеона, чтобы воздвигнуть над захоронением. И тогда Бертран передал ему те самые сапоги, которые хранил четверть века. Увы, памятник так и остался только проектом - средств на него не хватило.
Эти сапоги, кстати, послужили моделями и для многочисленных картин, изображающих Наполеона.
Генерал Бертран умер до того, как Марочетти вернул ему сапоги, и они на время остались у него. А впоследствии сын скульптора передал их сенатору, одному из министров Наполеона III. В его семье они хранились много лет, и вот сейчас их выставили на аукцион. Предварительная оценка была от 50 000 до 80 000 евро, а ушли они за 117 208.
Если вас интересует их размер, то... 40. При росте 1, 69. Известно, что Наполеон регулярно заказывал сапоги мастеру Жаку, чья мастерская была на Монмартре. Как сказал мой друг, "думаю, если б я столько земель исходил и на коне проскакал, я бы тоже хорошую обувь любил".
Нет, я ни в коем случае не романтизирую Наполеона. Но не могу не вспомнить стихи, которые отец читал мне в детстве - баллада "Воздушный корабль" Лермонтова.
Есть остров на том океане –
Пустынный и мрачный гранит;
На острове том есть могила,
А в ней император зарыт. <...>
И в час его грустной кончины,
В полно́чь, как свершается год,
К высокому берегу тихо
Воздушный корабль пристает.
Из гроба тогда император,
Очнувшись, является вдруг;
На нем треугольная шляпа
И серый походный сюртук.
Сапоги не упомянуты, но думаю, они точно такие же, как эти.
И в них он...
На берег большими шагами
Он смело и прямо идет,
Соратников громко он кличет
И маршалов грозно зовет.
Но спят усачи-гренадеры –
В равнине, где Эльба шумит,
Под снегом холодным России,
Под знойным песком пирамид.
И маршалы зова не слышат:
Иные погибли в бою,
Другие ему изменили
И продали шпагу свою...
Зовет он любезного сына,
Опору в превратной судьбе;
Ему обещает полмира,
А Францию только себе.
Но нет.
P.S. Подписывайтесь на мой канал по истории моды и костюма! И... чем больше лайков и перепостов, тем больше статей!