Отметим, что Н. Н. Обручев, а в некоторой степени и сам главный редактор Н. Г. Чернышевский, несколько переоценивали «миролюбие» тогдашней торгово-промышленной буржуазии, которая будто бы в интересах развития торговли более заинтересована в мире, нежели в войне.
Действительно, в то время во всей иностранной военной литературе, особенно во французских, английских, прусских и австрийских военных и общих журналах, освещавших на своих страницах проблемы войны и армии, даже в таких кичившихся своим либерализмом и радикализмом английских журналах, как Westminster Rewiew, Edinburgh Rewiew шла откровенная пропаганда усиления военного могущества армий Англии, Пруссии, Австрии, - Франции во имя успешного территориального расширения, подавления движения народов колониальных стран.
Французская пресса, инспирированная Наполеоном III, безудержно и неприкрыто проповедывала воинственные и агрессивные планы «восстановления империи Наполеона I», т. е. захвата Францией почти всей Европы.
Прусская военная пресса накануне ряда крупных войн (прусско-датской, австро-прусской, франко-прусской) до небес превозносила Фридриха II, Клаузевица и насквозь реакционную и агрессивную систему пруссачества и милитаризма.
Только русский «Военный сборник», ставший на время в 1858 году (вместе с «Современником») органом революционной демократии, написал на своем знамени борьбу за мир, осуждение захватнических войн, допуская правомерность лишь войн революционных (гражданских) и национально-освободительных.
Этот журнал, руководимый Н. Г. Чернышевским, призывал к превращению армии в слугу народа, в орудие защиты его мирного труда, независимости и свободы. В подтверждение сказанного приведем несколько положений из программной статьи члена редакции журнала, помощника и единомышленника Чернышевского в те годы — Н. Н. Обручева, озаглавленной «О вооруженной силе и ее устройстве», помещенной в № 1 «Военного сборника» за 1858 г.
Свою статью, имевшую целью определить линию редакции журнала по основным вопросам войны, армии, их роли и назначения в жизни и судьбах народов, Н. Н. Обручев начал с рассуждения о том, что с развитием цивилизации, ростом просвещения, торговых и культурных связей между странами усиливается тяга народов к миру.
Вместе с тем растет и сила влияния общественного мнения на политику правительств в пользу мира. В пример Н. Н. Обручев приводил ряд фактов.
Даже Наполеон III, известный своими агрессивными авантюрами во внешней политике, произволом и насилиями над французским народом во внутренней политике, и тот, после переворота 2 декабря 1851 года, чтобы примирить общественное мнение Европы со своим режимом, вынужден был заявить, что «Империя — это мир».
Да и царское правительство, — указывал Н. Н. Обручев,— прекратило Крымскую войну после падения Севастополя не потому, что не было больше сил для сопротивления, а потому, что широкие слои народа потребовали мира.
В полном соответствии с воззрениями Н. Г. Чернышевского о вредности и реакционности захватнических войн и в частности войн колониальных, которые в то время с большой жестокостью вели Англия и Франция, Н. Н. Обручев осудил захватническую политику правящих классов этих стран и подчеркнул их невыгодность, вредность для французского, английского народов, не говоря уже о народах — жертвах агрессии.
Оставляя пока в стороне преувеличенный оптимизм Н. Н. Обручева по поводу мнимого устранения опасности для независимости малых народов в Европе, отметим ясно выраженную революционно-демократическую тенденцию его статьи: провозглашение права всех народов на мир и независимое существование; осуждение политики завоеваний и территориальных захватов; обоснование невыгодности для народов великих держав той колониальной политики, которую вели в корыстных целях их правящие классы.