Официально это называлось «привлечение к сельскохозяйственным работам граждан, занятых в других сферах экономики». Подобная практика была привычна до 1990-х годов. Доктора наук, профессора и прочие теоретики, не ропща, отправлялись выполнять трудовую повинность на овощную базу, а студенты 2-3-х курсов традиционно ехали «на картошку».
Разумеется, сбор урожая был тут не главным. Вспоминалось потом всеобщее братание, вольная жизнь по колено в грязи и всевозможные выходящие за рамок привычного случаи. Об одном таком вспоминает выпускник МВТУ имени Баумана Михаил ГРУДИНИН.
В 1982 году, во время «картошки», на 3-м курсе, мы, три группы с нашего потока, жили в двухэтажной сельской школе в Зарайском районе в деревне с красивым названием Чулки-Соколово. Кто-то на первом этаже, кто-то на втором, крыша же использовалась для романтических моментов - туда приглашали девочек смотреть на звезды.
Спустя 8 или 10 дней нашей работы — собирания, сортировки и таскания мешков с картофелем, что для нетренированных москвичей весьма серьезная нагрузка, - администрация устроила день отдыха. Мы восприняли это не только как возможность наконец-то сходить в баню в соседнюю деревню и помыться (душа, горячей воды не было, только колонка на улице) но и, как говорится, «не вижу повода не выпить» - все 100 человек отдыхали.
Я не помню, чтобы внутри наших пяти групп с двух специальностей существовали какие-либо трения по религиозным, национальным, возрастным или статусным принципам. Но, как говорится, нет сюжета без внутреннего конфликта. То ли кто-то кому-то что-то не то сказал, то ли кто-то на кого-то не так посмотрел, но факт остается фактом: ребята армейцы из первой группы, которые были на три-четыре года старше нас и, соответственно, здоровее, решили проучить кого-то, жившего на втором этаже школы. И для убедительности (без грамма озлобленности) решили забросить на второй этаж, как было отражено в докладной записке, - «бревно»!
Самый здоровый работал поршнем-катапультой. Слегка присев, как атлет в цирке, и сложив замком свои могучие ладони рязанского крестьянина, он вложил в них не ступню 14-летней эквилибристки, а трёхметровый снаряд - и приготовился к бревнометанию. А тот, что потрезвее, работал наводчиком — то есть должен был руками направлять полет столба на старте (это было почти как запуск ФАУ-1 Вернера фон Брауна, для тех, кто понимает о чем я). Но что-то пошло не так.
Бревно, как и было задумано, залетело на второй этаж, но - в соседнее окно, к тому же закрытое, и в другой комнате. На беду участников, именно в этой комнате, именно в 11 часов и именно напротив этого окна уже спал «ботаник» («Вы только вдумайтесь, - говорил потом замдекану Поршень катапульты, - ну кто мог такое предположить?!»). Разбудил спящего звон разбитого окна, грохот падающего (не на него) бревна и звук посыпавшегося стекла. К счастью, никто не пострадал.
Потом было разбирательство. С одной стороны, никто не хотел чтобы история «всплыла», с другой - необходимо было как-то отреагировать на случившиеся. Было принято соломоново решение: оргвыводов не делать, а просто отослать виновников в другое место, где бытовые условия были похуже. За что мы их прозвали «сентябристами» - по аналогии с ссыльными декабристами.
Перед тем как вынести вердикт, замдекана эмоционально спросил Катапульту: «Ну, я все понимаю, устали, завтра должен был быть выходной, выпили, загуляли, но зачем телеграфный столб на второй этаж забрасывать?»
Потупив взор, опустив руки, герой ответил: «На первый-то этаж любой дурак может забросить!»
Делитесь своими историями! Почта emka3@yandex.ru