Шагами к дальнему морю
от горя загороди
цветок, пускающий корни
в твоей груди.
Там раньше мягкая почва
вбирала солнечный свет,
теперь, как почта, слежалась
за много лет.
Не жалость — нечто просторней —
но все же емкость тесна
весне в твоем разговоре,
лишенном сна.
Алексей Порвин
Шагами к дальнему морю
от горя загороди
цветок, пускающий корни
в твоей груди.
Там раньше мягкая почва
вбирала солнечный свет,
теперь, как почта, слежалась
за много лет.
Не жалость — нечто просторней —
но все же емкость тесна
весне в твоем разговоре,
лишенном сна.
Алексей Порвин