В Хошимине есть мемориал буддийскому монаху, который самосожжен на оживленном перекрестке в знак протеста против ситуации во Вьетнаме.
10 июня 1963 года работавшие в стране американские корреспонденты получили сообщение о том, что завтра напротив камбоджийского посольства произойдёт «нечто важное». Большая часть репортёров пренебрегла приглашением, так как к тому времени буддистский кризис продолжался уже более месяца. Утром в назначенное место прибыли несколько журналистов. Дык прибыл к посольству во главе процессии, начавшейся в одной из близлежащих пагод. Около 350 монахов и монахинь шли в два ряда за голубым седаном Austin Westminster, за рулём которого находился Дык. Протестующие несли плакаты на английском и вьетнамском языках, обвиняя правительство Зьема (президент Вьетнама) в преследовании буддистов и требуя равенства конфессий.
Местом акции стал перекрёсток бульвара Фандиньфунг (ныне улица Нгуендиньтьеу) и улицы Леванзует (ныне носит название Катьмангтхангтам), расположенный в нескольких кварталах к юго-западу от президентского дворца.
Дык вышел из машины с двумя монахами, один из которых разместил на дороге подушку, а другой достал из багажника 19-литровую канистру с бензином. Когда участники шествия сформировали кольцо вокруг Тхитя, он сел на подушку, приняв медитативную позу лотоса. Один из участников акции вылил содержимое канистры на голову сидящему. Тхить Куанг Дык начал декламировать слова няньфо («памятование о Будде»), используя при этом чётки, а затем зажёг спичку и поднёс её к своему телу. Пламя поглотило его одеяние и плоть, вскоре от тела стал исходить чёрный маслянистый дым.
Предсмертные слова Тхить Куанг Дыка зафиксированы в письме, которое он оставил:
Прежде чем закрыть глаза и узреть Будду, я почтительно прошу президента Нго Динь Зьема о сострадании к народу страны и осуществлении религиозного равенства во имя сохранения силы родины навеки. Я призываю почтенных, преподобных, членов сангхи и рядовых буддистов объединиться, чтобы принести жертвы в защиту буддизма.
Дэвид Халберстем (журналист, очевидиц) писал:
Мне нужно было посмотреть туда ещё раз, но одного раза было достаточно. Пламя пылало на человеке, медленно иссушая и сморщивая его тело, голова чернела и обугливалась. Пахло горящей человеческой плотью, люди сгорают на удивление быстро. Я слышал рыдания собиравшихся позади меня вьетнамцев. Я не мог плакать из-за шока, не мог писать или задавать вопросы из-за растерянности, не мог даже думать из-за того, что был ошеломлён… Он не повёл ни единой мышцей, не издал ни звука, пока горел; его явное самообладание резко выделялось на фоне рыдающих людей вокруг него.
Некоторые полицейские пытались пробраться к Тхитю, но не смогли преодолеть живое кольцо буддийских священнослужителей, стоявших вокруг места происшествия. Позже один из полицейских, сумевший пройти внутрь кольца, упал ниц перед телом Дыка в буддийской традиции, выражая тем самым глубокое почтение. Ошеломлённые очевидцы в большинстве своём молчали, хотя некоторые свидетели плакали, а другие — молились. Многие монахи и простые прохожие, как и полицейский, преклонились перед телом горящего Дыка.
Один из монахов произнёс в микрофон слова «Буддийский священник сжигает себя. Буддийский священник становится мучеником» на английском и вьетнамском языках. Примерно десять минут спустя тело Дыка было практически уничтожено, и труп упал на спину. Как только пламя утихло, несколько монахов накрыли дымящееся тело жёлтым одеянием, подняли его и попытались уместить в гроб. Однако конечности не выпрямлялись полностью, и одна рука умершего свисала из деревянного короба. Тело Дыка было перенесено в пагоду Салой, которая находилась в центре города. Стоявшие около храма студенты развернули двуязычные плакаты с надписью «Буддийский священник сжигает себя за наши пять прошений».
В тот же вечер тысячи жителей Сайгона заявили о том, что видели лицо Будды на небе во время заката. Горожане утверждали, что Будда плакал.
Похороны умершего Тхить Куанг Дыка были запланированы на 15 июня. В тот день вокруг пагоды Салой собрались четыре тысячи сочувствующих, однако церемония была отложена. 19 числа останки монаха были перенесены из храма на кладбище, располагавшееся в 16 километрах к югу от города. Там останки были кремированы и захоронены.
Несмотря на проведения процедуры кремации, сердце Тхить Куанг Дыка не было поглощено огнём и осталось неповреждённым. Монахи признали его святыней и поместили в стеклянную чашу, которая была выставлена в Салое. Нетронутое пламенем сердце (шарира) считается в буддийской культуре символом сострадания. Сам же Тхить Куанг Дык стал почитаем вьетнамскими буддистами как бодхисаттва («Бо Тат»), то есть человек с пробуждённым сознанием, который принял решение стать буддой для блага всех существ.