— Извините, вы уже читали эту книгу?
Вообще-то, я редко обращалась к незнакомцам, но парень рассматривал именно ту книгу, которую давно хотелось прочесть. Внешность его давала надежду, что он не пошлёт куда подальше с дурацкими вопросами. Медно-рыжие волосы, зелёные глаза и курносый нос. Лицо человека, который с удовольствием провернет какую-нибудь каверзу, но едва ли воткнёт нож в спину.
— Нет, ещё не читал, но слышал весьма спорные отзывы.
— Да, я тоже, поэтому всё сомневаюсь.
— Не сомневайтесь, берите. Потом расскажете мне о ней.
Он улыбнулся и озорное выражение лица усилилось стократно.
— Как же я расскажу? Мы ведь не знакомы.
— Сейчас и познакомимся.
На улице маленького приморского городка накрапывал легкий дождь, но за разговорами мы едва замечали это. Беседа шла легко, будто мы были знакомы всю жизнь. Легко было даже молчать, глядя как волны накатывают одна за одной, а отчаянно наглые чайки воруют еду прямо со столиков открытых кафе.
Пробившийся сквозь тучи луч солнца лег Ларсу прямо на затылок и будто зажег факел на его голове.
— Давай я тебя сфотографирую на память? Необычный же день вышел.
— Нет, я не люблю фотографироваться. Пообещай мне, никогда меня не фотографировать. Пообещай.
— Конечно, я обещаю, – растерянно кивнула я.
Тревога в его голосе удивляла. Может он украл кошелёк и теперь в розыске? Ларс будто прочёл мои мысли и рассмеялся.
— Ничего противозаконного, правда. Не волнуйся. Хочешь фокус покажу?
Он вытянул у меня из-за уха золотую монетку и подмигнул.
— Я видела этот фокус на ютубе.
— Правда? А я нет. У меня это врождённое. Мама к моему совершеннолетию насобирала целый чемодан таких монет.
День вышел действительно необычным, как и каждый день, когда мы виделись. Книга была прочитана и впечатления о ней разделены на двоих. Мы быстро и незаметно стали друзьями. Я уже не представляла своей жизни, без его рыжей улыбки. Каждые выходные мы гуляли по берегу моря вдвоём и за разговорами незаметно прошло лето.
— Скоро осень. Чудовищно люблю осень.
— Я знаю. А ещё ты всё это время хочешь попасть на маяк, но отчаянно трусишь.
— Я не боюсь, Ларс. Просто это запрещено. Там же смотритель, он не пустит.
— А ты не спрашивала. Самое страшное, что случится – он откажет. Но может же и согласиться. Пошли.
Мы подошли к маяку. Это правда, я мечтала увидеть закат с него. Правдой было и то, что я трусила. Но в этом я Ларсу не признаюсь.
— Стучись.
— Я? Думала ты договоришься.
— Сама преодолевай свои страхи, вперёд.
— Я не боюсь!
Стучаться пришлось долго. Ларс, с внезапно убийственно серьезным выражением лица, не давал уйти. Наконец смотритель открыл и вежливо обратился к нам.
— Какого хрена надо?
Я оторопела и просто смотрела на него хлопая глазами.
— Чего надо, говорю? – чуть смягчился смотритель.
— Вы знаете, я всегда мечтала увидеть закат с маяка. Можно?
— Не положено. Это не проходной двор, ясно тебе?
Я беспомощно оглянулась на Ларса.
— Предложи ему денег, – прошипел он.
— Извините, пожалуйста. Может я могу компенсировать вам неудобства?
— Чего?
— У меня есть триста рублей. Больше нет.
— Наглая ты девка. Ну ладно, чего уж там.
Смотритель отошёл впуская нас в святая святых. Ларс весело скакал по ступенькам вверх, подбадривая уже готовую умереть меня. Наконец мы достигли цели.
Вид открывался завораживающий. Солнце клонилось к закату, его оранжево-малиновые лучи будто обнимали нас. Волосы Ларса светились почти магически, но ещё более волшебно светилась его улыбка. Мы стояли плечом к плечу и впитывали в себя окружающий пейзаж.
— Ларс, почему мне так комфортно рядом с тобой. Магия какая-то.
— Просто ты меня выдумала.
Посмотрела на него укоризненно. Что за глупые шутки.
— Я не шучу. Можешь спросить у смотрителя, сколько человек он впустил.
— Ты просто подговорил его, чтоб разыграть меня.
— Нет, душа моя, я никого не подкупал. Сделай фото. Меня на нём не будет.
Всё ещё воспринимая это как шутку, навела на него камеру телефона. На экране отражался маяк, наполняющие его лучи закатного солнца и более ничего. Слезы начали душить меня. Разве так бывает? Разве может так быть?
— Не плачь. Разве все не выдумывают себе друзей? Невозможно знать человека полностью, поэтому белые пятна заполняются воображением. Друзья наделяются нами качествами, о которых сами могут и не догадываться.
— Ларс, но это же другое. Тебя ведь, выходит, вовсе не существует?
— Как же не существует. Вот он я, в твоём воображении. В этом мире мне, пожалуй, больше места нет. Я буду только мешать тебе. Но если захочешь, я всегда буду ждать тебя в твоём мире. Хочешь?
В моём мире. Там, где царила вечная осень, где деревья разговаривали с травами, а озера светились лазурью. Мир, о котором я не рассказывала никому. Теперь меня там будет ждать озорной лис с зелеными глазами? Какой великий соблазн уйти в тот мир навсегда. Но пока рано.
— Конечно хочу...
Солнце с шипением растворилось в воде. Маяк погружался во тьму. В этом мире я встречала её абсолютно одна.
