На своем веку я перененавидел немало людей - хороших и плохих, добрых и злых, умных и глупых, образованных и невежественных, грубых и обходительных.
Но самую лютую ненависть я питаю к людям, которые все знают.
У каждого из нас есть по крайней мере один родственник или знакомый, который все знает.
От такого человека даже убежать нельзя.
Вы хотите отправить посылку тете в Гатчину?
Человек, который все знает, вас осведомит о том, как теперь называется Гатчина, как она называлась десять лет тому назад, и на какой улице в ней до своего бегства из России жил А. И. Куприн.
Затем он сообщит вам, какие вещи надо вложить в посылку, чтобы ваша тетя никогда ее не получила.
Провести с таким человеком вечер - сплошное мучение. Он обладает знаниями, которые никого не интересуют и без которых мы с вами смогли бы довольно счастливо прожить остаток наших бренных дней.
Вы простужены? Кашляете и хрипите? Что вы для этого принимаете? Какое-то никудышное средство, прописанное вам вашим никудышным врачом?
- Послушайте меня, - скажет вам человек, который все знает.
- Только одно лекарство вам поможет. Секретный рецепт, который моей покойной бабушке дала крестьянка в Псковской губернии.
Поразительное средство.
Уж так и быть, я вам выдам секрет.
По дружбе.
Только пусть это останется между нами.
Возьмите столовую ложку горчицы и три чайных ложки вишневой наливки.
Принимайте регулярно три раза в день.
Через восемь недель вашу простуду как рукой снимет.
Человек который все знает, никогда не смущается. С поличным его ловить не советуется. Если вы его поймаете, сами потом будете сожалеть. Вам еще придется извиняться перед ним.
Со всезнающим человеком я приехал в Америку и до сих пор не понимаю, как меня сюда впустили. Приехали мы из Риги на борту парохода «Латвия» Балтийско-Американской линии.
Мой всезнайка решил посвятить меня во все тайны американской истории и жизни.
Он начал с Колумба и напичкал меня такой дезинформацией об Америке, что американцы до сих пор уличают меня в злостном искажении исторических фактов об их родине.
В Америке тогда был в силе запрет на продажу спиртных напитков, так называемый закон «прохибишн». Я же вез с собой две бутылки водки, которые получил накануне отъезда в подарок.
Узнал мой приятель об этих двух бутылках за день до нашего прибытия в Нью-Йорк. Он пришел в неописуемый ужас.
- Вас арестуют, - сказал он мне. - Непременно арестуют. В Америку нельзя ввозить водку. Это контрабанда. Ввоз контрабанды - очень тяжелое преступление и карается пожизненной тюрьмой. Может быть, даже смертной казнью.
Я испугался.
- Что же делать? - спросил я.
- Не знаю, - ответил человек, который все знает.
- Может быть, выбросить бутылки за борт? - сказал я. - А еще лучше, вместо того, чтобы их выбрасывать, просто оставить обе бутылки в каюте.
- Опасно, - сказал всезнайка. - Очень опасно.
На следующее утро, за два часа до прихода нашего парохода в Нью-Йоркский порт, мой приятель ворвался ко мне в каюту и прерывающимся голосом выпалил:
- Я только что узнал, что оставлять водку в каюте нельзя. Раз водка ваша, вас все равно арестуют. Ведь вы уже находитесь на территории Соединенных Штатов.
- Что же делать? - испуганно спросил я.
- Единственный выход - глубокомысленно сказал он, - это распить обе бутылки. Это тоже против закона, но если мы своевременно уничтожим улики, нас не поймают.
Не теряя лишних слов, мы принялись уничтожать улики.
Алкоголь всегда меня приводит в мрачное настроение.
Чем больше я пью, тем грустнее я становлюсь.
Никогда еще иммиграционным чиновникам не приходилось иметь дело с таким мрачным типом, каким в тот страшный день оказался я.
Никогда еще человек навеселе не был так печален, как я.
К счастью, Достоевский тогда уже входил в моду в Америке. Иммиграционный чиновник, вероятно, решил, что я загадочная русская натура - и пропустил меня.
Всезнайка в Америке преуспел. Он заведует информационным отделом крупного учреждения.