Идем по белой дороге. Через борт самосвала сыплется белое крошево. Отступаем на обочину, усыпанную кусками пористого камня, и стоим, пропуская машины. Кто-то поднимает угловатый обломок и показывает остальным. Видим лист незнакомого дерева: кружево тонких жилок и главная жилка в середине.
Желтый осенний лист, ставший белым камнем за сотни веков.
Идем по белой дороге к известковому карьеру, из которого машины вывозят строительный камень.
На обочине будка. Такой бывает инструменталка, куда дорожные рабочие складывают на ночь свои лопаты. Еще в такой мог бы сидеть вахтер, если бы начальству вдруг вздумалось воспрепятствовать самовольным хождениям по белой дороге. Но озадачивает веселая восклицательная надпись, наискось, через весь дощатый фасад, намалеванная вишневой краской.
Не так озадачивают сами слова, которые все равно по-венгерски и потому непонятны, как след босой ножищи. Будто некто немалого роста окунул ногу в ведро с краской и, поджав другую, с гиканьем, а то и песней, проскакал по вертикальной стене до самой крыши
- Что тут написано?
- "Я тебя найду!" - переводят мои венгерские друзья, которые и сами немного озадачены.
В сей же миг из будки выходит человек. Он быстр, сутуловат, с бородкой, улыбается, в одной руке трубочка, другой здоровается с нами. Это и есть доктор Ласло Вертеш - тот, который нашел Самуэля. Сенсационная находка, дерзкий вызов из центра Европы далекой Танзании, которая прославилась за последние годы тем, что в ней в одном ущелье нашли целую серию остатков доисторических людей.
Что же касается Самуэля, то о нем расскажет сам доктор Вертеш; замечу только, что венгры зовут этого ископаемого парня Шамуэлем - ведь в венгерском языке буква С произносится как "Ш".
Теперь Самуэль далеко от родной каменоломни, он лежит в ларце, словно царь во дворце, ларец же упрятан в большой металлический сейф, предназначенный для хранения драгоценностей. Ведь кость Самуэля - это куда большая драгоценность, чем какая-нибудь царская корона, даже если она в каменьях.
Да, теперь Самуэлю хорошо, раньше было хуже. Он был, как принято говорить, человеком трудной судьбы: доктор Вертеш считает, что его съели.
Не знаю точно, как возникла эта мысль. По-видимому, кость Самуэля нашли среди кухонных остатков. Вообще, в те далекие времена, когда человек еще не был разумным, ели даже детенышей.
Принято сознавать, что теперь совсем другая эпоха. Летчик, сбрасывающий бомбу на вьетнамскую деревню, детищек не жует и зубы не выплевывает. Это ясно показывает, что человек стал разумным.
А Самуэля жалко. Интересно все-таки: за что его съели? Может быть, он был абстрактным гуманистом и призывал своих соплеменников не есть друг друга?
Тогда, конечно, он получил за дело: не мешай историческому прогрессу.
Но вернемся к нашей прекрасной действительности.
Место, где нашли Самуэля, теперь консервируется, чтобы каждый желающий мог посмотреть этот археологический памятник. Чуть в стороне строители уже возвели павильон над разрезом, в нем можно разглядеть несколько слоев, каждый из которых связан с определенным этапом истории человека.
Здесь, кстати, видны и первые свидетельства пользования огнем - самые древние свидетельства по сравнению с любыми, найденными до сих пор.
А каменоломня продолжает свою трудовую жизнь, и тяжелые машины по-прежнему везут из нее белый камень на ближние и дальние стройки.
А на будке, стоящей возле дороги, по-прежнему красуется надпись: "Я тебя найду!"
Спасибо за просмотр, ставьте лайки и подписывайтесь на канал!)