Прогуливаясь, молодые люди зашли в Летний сад, где сели на одну из лавочек и наблюдали за группами детей и нянь, которые вместе с другими группами как старых так и молодых людей, также прогуливались по саду. Пока они сидели там, разговор вернулся к недавней теме - полиции.
"Государственная полиция организована так же, как и в других странах. Есть некоторые отличия, но они не настолько велики, чтобы их можно было долго описывать. Один из недостатков российской государственной полиции состоит в том, что в небольших и крупных городах полицейские - это почти все военнослужащие, которые отбыли срок службы в армии и в качестве награды проходят службу в полиции.
Их длительная служба в армии пронизана глубочайшим почтением к офицерской форме , независимо от того, кто ее носит. В результате полицейские приветствуют каждого проходящего мимо офицера и тем самым отвлекаются от выполнения своих обязанностей; кроме того, офицер может вести себя непристойно столько, сколько пожелает, и не подвергаться риску ареста, как обычный преступник".
"Что вы можете рассказать нам о тайной полиции?" - спросил один из молодых людей.
"Я не могу рассказать вам многого об этом, - ответил он; - и если бы я мог, то это уже не было бы тайной полицией. Раньше говорили, что когда трое мужчин находились вместе, один из них наверняка был шпионом, а иногда два или три из них оказывались шпионами.
Шпионы принадлежали ко всем слоям общества, и им платила полиция. Они не знали друг друга, и довольно часто случалось, что двое из них докладывали друг против друга, несомненно, для развлечения чиновников, сравнивавших свои документы. Если общие сплетни верны, то этого зла было больше во времена Николая, чем при любом другом императоре, но многие люди говорят, что во все времена всё примерно одинаково плохо.
Клерк в гостинице, официант в ресторане, лавочник, который был так вежлив к нам, портной, шляпник, сапожник, мельник или любой другой торговец, каждый из них, любая женщина или мужчина, могут работать в правительстве и сообщать о ваших передвижениях и разговорах. Никто не знает, кто шпион, и никто не знает, кто не шпион. Следовательно, в России отличное правило - никогда не говорить в слух никому, кроме самого себя, ничего, что может быть поставлено под сомнение.
Имейте ввиду, я не знаю на самом деле, что в России есть такая вещь, как тайная полиция, или что такой человек, как полицейский шпион, существует. Никогда не говори и не делай ничего, против чего император или его преданный офицер могли бы возразить, и я боюсь им возражать в этом."
Вот некоторые из историй, которые были актуальны во времена Николая:
"Несколько лет в Санкт-Петербурге жил офицер английской армии в отставке. Его манеры были доброжелательными, и он завел много друзей как среди проживающих здесь иностранцев, так и среди тех, кто посещал Россию с визитом.
Однажды он неожиданно скончался, и один из его соотечественников, присутствовавший в то время, взял на себя ответственность за его имущество. Его документы свидетельствуют о том, что он был шпионом правительства и был специально нанят для наблюдения за иностранцами."
"Вскоре после революции 1848 года в Петербурге в доме одного из своих друзей собралась вечеринка французских джентльменов. У них были песни и речи, и в целом был приятный вечер, и, поскольку все они были друзьями и имели одинаковую национальность, они совсем не были осторожны в своем разговоре. Присутствовали так же русские слуги, но никто из них не знал французского языка.
На следующее утро хозяина вызвали в Полицейское управление, где его вежливо встретили. Официальное лицо зачитало список присутствующих и очень точное изложение песен, тостов и вечерних выступлений. Затем он спросил хозяина, правильно ли всё сказано в этой записи. Последний трепетно ответил, что это так, и ему было сказано, что он был очень неосторожен, и это утверждение он не может отрицать.
Он был отпущен с предупреждением, что он не может повторять свою неосторожность, и вы можете быть уверены, что это не так. Он никогда не устраивал вечеринок, и никогда не мог догадаться, был ли шпион одним из его гостей и соотечественников, или одним из слуг, которые понимали французский язык, притворяясь невежественными в этом."