С 1 марта 2020 года в России будет легализован «гонорар успеха» в качестве условия оплаты юридической помощи. Ранее он не был закреплен в законе, а Конституционный суд РФ (КС) в 2007 году высказывался против принудительного взыскания этого вознаграждения, поэтому использование такого инструмента было крайне затруднительно. Теперь практика должна измениться. Пока поправки дают право на «гонорар успеха» только адвокатам и лишь в сфере гражданских дел. Но опрошенные “Ъ” эксперты не исключают, что КС может разрешить их и для юристов без адвокатского статуса.
Госдума одобрила в третьем чтении изменения в закон об адвокатуре. Самой ожидаемой юридическим сообществом новостью стало разрешение ставить размер вознаграждения адвоката в зависимость от результата оказания им юридической помощи. Такая форма оплаты известна в мировой практике как «гонорар успеха».
Предполагается, что в России этот инструмент будет легализован с 1 марта 2020 года, но только для адвокатов и только по гражданским делам. В Великобритании, США и Канаде «гонорар успеха» всегда был разрешен, отмечает управляющий партнер адвокатского бюро «Бартолиус» Юлий Тай, в Западной Европе был период запрета, но сейчас инструмент также широко применяется.
В отсутствие законодательного регулирования правомерность «гонорара успеха» в России оценивалась судебной практикой. Глава адвокатского бюро КИАП Андрей Корельский говорит, что «в целом позиция высших судебных инстанций выражалась негативно». «Определение КС в 2007 году практически закрыло возможность использовать «гонорар успеха», даже налоговые органы стали считать такие выплаты заказчика юристам необоснованными расходами»,— поясняет партнер МЭФ PKF Александр Овеснов. «В контрактах консультантов условия о «гонораре успеха» встречались регулярно, но взыскать его в суде, если клиент отказывался платить, было крайне сложно. Более того, попытки судиться за «гонорар успеха» часто приводили многих адвокатов в дисциплинарные комиссии»,— рассказывает Андрей Корельский.
Неудивительно, что юристы поправки поддерживают. «Это создает больше экономических возможностей и для адвоката, и для его доверителя, расширяется вариативность этих отношений. Когда адвокат оказывает помощь на условиях «гонорара успеха», он своим трудом финансирует судебный процесс»,— отмечает глава Федеральной палаты адвокатов РФ Юрий Пилипенко. Господин Овеснов при этом полагает, что поправки нужно было вносить в положения Гражданского кодекса РФ (ГК) о возмездном оказании услуг, поскольку КС оценивал именно эти нормы. Но Юлий Тай уточняет, что КС дал право федеральному законодателю в будущем прописать «гонорар успеха» в рамках закона о праве на квалифицированную юридическую помощь, что и сделано.
Чаще всего на условиях «гонорара успеха» работают судебные юристы. С октября представлять интересы в российских судах могут только лица, имеющие высшее юридическое образование. Адвокаты имеют монополию лишь на уголовные дела. В связи с этим возникает вопрос, можно ли распространить право на получение «гонорара успеха» на юристов без статуса адвоката. «Если следовать буквальному толкованию закона, то нет. Это еще одно преимущество адвокатского статуса»,— подчеркивает Андрей Корельский. Господин Овеснов уверен, что способы оплаты юридических услуг должны быть единообразными для всех, «иначе возникает дискриминация».
Юристы и адвокаты сходятся во мнении, что на фоне этих вопросов можно ожидать обращения в КС за оценкой новых норм. По мнению большинства опрошенных “Ъ” экспертов, КС вряд ли признает статью неконституционной, но может разрешить «гонорар успеха» и для «неадвокатов». Юлий Тай не видит особых препятствий для этого, но обращает внимание на возможные злоупотребления в случае расширения применения гонорара успеха: «С клиента могут взять слишком большой процент с выигрыша, обмануть его, что дело сложное, а оно простое. У адвоката есть кодекс профессиональной этики, на него можно пожаловаться в комиссию. Для юристов тогда тоже необходимы механизмы, защищающие от рвачества». Андрей Корельский добавляет, что те же поправки предусматривают лишение лица права на судебное представительство при лишении его адвокатского статуса, но «у юристов такой проблемы нет».