Я их представил друг другу, и Килиши одарила Сабо ослепительной улыбкой.
— Судя по всему, ты всем доволен и наслаждаешься жизнью на полную катушку, - заключил Сабо, вкладывая в свои слова смысл, не понять который было невозможно.
— А лететь куда собрался?
— В Лагос.
— Когда?
— Завтра.
Его лицо омрачилось.
— Можешь выбросить эту затею из головы, Тахир. — Слышал, что мне ответили? Они даже говорить со мной не стали.
И тут Килиши меня приятно удивила: оказывается, она уже забронировала мне место по телефону, и нам остается только выкупить билет.
— Ну, Тахир, и везет же тебе! - вздохнул с завистью Сабо.
— Ты, наверно, летишь в столицу по делам?
Я кивнул, но не стал вдаваться в подробности. И вдруг его взгляд озарился надеждой.
— Знаешь, ты бы мог меня выручить. Ведь на то, я думаю, мы и друзья со школьной скамьи, чтобы друг другу помогать. Мне необходимо срочно передать в Лагос кое-какие бумаги.
Сабо достал из кейса увесистый пакет c надписью: «Мистеру М. Йошиве, гостиница «Федерал Палас», Лагос»
— Будь же другом, передай это по адресу!
— Конечно, он это сделает, почему бы нет? - ответила за меня Килиши и подошла к кассе, чтобы выкупить билет.
Сабо проводил девушку пламенным взглядом, потом уставился на меня с мольбой.
— Значит, я должен завезти пакет в «Федерал Палас»? — переспросил я.
— Точно, мой компаньон там остановился. Это в самом центре, найдешь без труда.
Потом, словно решив, что поступил бестактно, Сабо добавил извиняющимся тоном:
— Но ты уверен, что тебя это не затруднит?
— Нисколько! - заверил я приятеля и забрал у него пакет. - Ведь на то друзья и существуют, верно? Все мы задним умом крепки.
Как я злился потом, что дал Сабо себя уговорить, взял этот злосчастный пакет, ибо вскоре выяснилось: он вовсе не тот, за кого себя выдавал. Впервые в жизни я испытал на собственной шкуре, каково быть жертвой шантажа. А в Лагос на следующее утро я не улетел. . .
C утра я позвонил Нгози в редакцию и сказал, что в связи с неожиданно возникшей надобностью лечу в Лагос.
— Но ты же не можешь так вдруг все бросить и улететь! - принялась она отчитывать меня, в ее голосе даже был призвук гнева.
— Люди заходят в редакцию, чтобы выразить соболезнование. - Она вздохнула.
— Еще звонили из типографии, им срочно надо обсудить с тобой новые расценки.
Я попытался ей объяснить: дело неотложное, чрезвычайно срочное, я пробуду в Лагосе всего несколько часов. С типографией можно подождать и до завтра.
Что же до друзей, оплакивающих Фарука, то по возвращении я каждого поблагодарю лично.
Нгози все-таки осталась при своем мнении и в сердцах повесила трубку.
Я не сказал ей, что и рад бы под любым предлогом отказаться от этой поездки, но долг превыше всего.
Следующая глава