— Я приехал сказать тебе, что этот мерзавец — опять взялся за свое!— врываясь в спальню Серджио, затарахтел Пласки. — Лео уже на пути...
— Минутку, минутку,— воскликнул старик. — Угомонись, пожалуйста.
Серджио сел на край кровати и сказал:
— Теперь, Натан, расскажи, что случилось.
— Я говорю тебе, Болан опять взялся за свое,— ответил Пласки, старательно выговаривая каждое слово явно, страдая от того, что пришлось так долго молчать.— Менее чем за час он совершил нападения на три заведения Лео. Лео сейчас на пути сюда. Уолт вместе с ним.
— Ну, так что, ведь мы ждали этого, разве не так? — спокойно улыбаясь, спросил Серджио.
— Да, но, черт возьми, ты что, собираешься здесь сидеть?
— А тебе больше бы понравилось, если бы я забрался на потолок?
— О, черт, Серджио, нам надо подготовиться к защите. Надо собрать людей...
— Терри как раз и занимается в данный момент этими деталями,— перебил старик; глаза его обратились к открытой двери и человеку за письменным столом.— А ты сбавь пары и возьми себя в руки. И вот что я тебе скажу. Иди-ка сходи в комнату заседаний и проверь, хорошо ли устроена сцена, а?
Пласки резко кивнул головой.
— Ладно, ладно, Серджио. Я еще раз проверю.
Он быстро вышел за дверь, миновал телохранителя за письменным столом и поднялся на второй этаж в небольшой зал. Здесь стоял стол для членов совета, вокруг него стулья, и каждый был занят. Пласки улыбнулся, отмечая, как продумана тут каждая деталь.
Нужно осмотреть все это снаружи. Он торопливо вышел из комнаты, спустился по винтовой лестнице и, оказавшись во дворе, забрался на огораживающую его стену, чтобы взглянуть на окно второго этажа. Да-да, это было замечательно, просто замечательно. Сцена казалась живой, весь совет в сборе. Удовлетворенно хмыкнув, Пласки прошелся по каменным плитам двора, заранее предвкушая результаты радушного приема.
Уотер Симор готов был разорваться от распиравших его чувств.
— Откуда нам знать, может, он сегодня разбомбит Саут Хиллс?— нервно осведомился он, глядя на отраженное в переднем стекле лицо Туррина.
Зубы Лео блеснули в улыбке. Он свернул на открытый пандус, и машина поползла вверх в плотном потоке транспорта.
— Болана не интересуют наши дела, он просто хочет расшевелить нас. Один раз у него получилось, и он воображает, что сработает снова. Он из сил выбивается, чтобы заставить нас собраться за одним столом. Надеется, что тогда и возьмет нас всех сразу горяченькими и перебьет, словно крыс, в пустой винной бочке. Но мы к этому готовы, Уолт.
— Интересно, где он пропадал столько времени.
Туррин нахмурился.
— Думаю... отсиживался где-то, зализывая раны. Я точно знаю, что Анжи достала его в ту ночь.— Он еще сильнее насупился.— Хотя, судя по тому, что мне рассказали о его ночных выкрутасах... кто его знает... должно быть задело его не так уж сильно.
— Может, он сидит у нас на хвосте,— проговорил Симор, его возбуждение явно нарастало.— Может, он уже залег где-нибудь и следит за нами всю дорогу в бинокль. Насколько он силен, Лео, этот оптический прицел? Ты ведь служил, знаешь, наверное. Очень он сильный?
— Да, есть очень хорошие,— ответил Туррин. — Настолько сильные, что видно хоботок у мухи с расстояния в тысячу пятьсот ярдов.
На Симора напал приступ смеха.
— Хоботок у мухи!— покатился он.
Туррин ухмыльнулся ему в ответ. Еще некоторое время Симор весело кудахтал, напряжение его, кажется, развеялось под действием хорошей порции веселья.
— Если у этого дурака хватит ума, чтобы напасть на нас еще раз, то мы хорошенько ему всыплем,— заметил он после продолжительного молчания.
— Да, я тоже так думаю,— согласился Туррин. Но взгляд его опять стал хмурым и оставался таким, когда он повернул к загородному дому Серджио.
Болан вышел из машины возле телефона-автомата в темном переулке и, опустив монету, набрал номер. Трубку на другом конце подняли раньше, чем закончился первый звонок, и дрогнувший женский голос произнес:
— Да?
— Говорит призрак спальни,— приятным голосом сообщил Болан.
— Мак? О, Мак! Все в порядке?
— Конечно,— сказал он.— Но ночь еще только начинается. Я просто хотел сообщить тебе, что я все еще имею место быть. Потом, может, буду сильно занят... Эй... ты ждала моего звонка? ответ на него обрушился целый поток слов:
— Мак, я ни за что не лягу спать, пока ты не вернешься. Я уже пробовала, я правда пыталась, но эта старая кровать просто скрипит подо мной. Нет, я... сижу, сижу на диване. О, Мак, хоть бы с тобой ничего не случилось!
— В мои планы это не входит, проговорил он, прищелкивая для убедительности языком.— Я... э... слушай, Вэл, надо учитывать, что все может полететь кувырком. Я забыл сказать тебе о деньгах. Они в кожаном кейсе в стенном шкафу у тебя в коридоре, Если что-нибудь...
— Не нужны мне никакие деньги!— закричала она.
— Ну, послушай меня, Вэл. Если случится что-нибудь непредвиденное, я хочу, чтобы ты сохранила эти деньги. Понимаешь, я не шучу. Считай, что это мое имущество. Оно с таким же правом может принадлежать мне, как и кому-нибудь другому.
— Мак, лучше возвращайся ко мне! Ты просто Должен вернуться!
— Прости, что я говорю об этом... о деньгах,— с некоторым чувством неловкости продолжал Болан.— Но все же... У меня ведь есть еще брат, совсем мальчик. Ты о нем знаешь. Он тоже мог бы использовать часть этих денег и...
— Мак, я сейчас закричу!
— Не делай этого,— быстро ответил он.— Не волнуйся, все должно получиться как надо. Я подумал, что на всякий случай нужно сказать тебе об этих деньгах.
— Мне нужен только ты.— Валентайн плакала.— Брось все, Мак, и возвращайся. Приезжай прямо сейчас.
— Милая, ты же просто сердце мне рвешь на части,— взмолился он.— Ты же знаешь, что я должен сделать.
Она взяла себя в руки.
— Хорошо, я буду храброй. Так лучше?
— Гораздо лучше. Будь хорошей девочкой и ложись спать. Я хочу, чтобы ты была красивой и бодрой, когда я вернусь.
— Я постараюсь.
— Я люблю тебя, Вэл.
— О, Мак! Я люблю тебя безумно!
— Это замечательно, правда?— Голос его потеплел.
— Да, да, милый, замечательно.
— Ну что ж... примусь за работу. А ты постарайся сохранять спокойствие.
— Обещаю. Я буду сохранять спокойствие. И ты тоже. И Мак...
— Да?
— Мне наплевать, кого ты уберешь и сколько их будет. Возвращайся сюда, ко мне.
— Я вернусь,— ответил он, прищелкнув.
Болан повесил трубку, и улыбка сбежала с его лица. Он мрачно смотрел на черный телефон и раздумывал о том, как странно идет жизнь, какие зигзаги выделывает она и всегда в неподходящее время. Теперь у него появилось то, чего никогда не было и ради чего стоило жить, и именно теперь ему предстояло идти на самый большой риск. Он вздохнул, пробормотал: «Я вернусь, Вэл...» и послал телефону воздушный поцелуй.
Каратель вышел в ночь, чтобы занять свое место.
Лейтенант Эл Уитерби с сонным видом собрал термос и бутерброды и вместе со своим молодым сержантом Джоном Паппасом направился к полицейскому гаражу.
— Ну, Джонни, — устало произнес он, — если верить нашей разведке, то ночка нынче будет еще та.
— Вы знаете, что он еще три дома разгромил?
— Знаю, только чего ты так радуешься? Он ведь и нас тоже выставляет на посмешище.
Они зашли в лифт и молча спустились в гараж. Потом стояли тихо, ожидая, пока полдесятка патрульных машин выедут на улицу по узкому пандусу, и только тогда подошли к своему автомобилю. Паппас скользнул за руль и потянулся, помогая Уитерби залезть внутрь со своим запасом продовольствия.
— Вы собираетесь все это съесть за одну ночь? — удивился он
— Ну, вместе с тобой, думаю, мы прекрасно справимся,— ответил лейтенант.— Ведь ночь может оказаться длинной, очень длинной.
— Сейчас уже три, а я ел в два часа.
— Все равно, до завтрака, может, придется ждать да ждать.
Уитерби устроился на своем сиденье, кивнул Паппасу, и машина двинулась вверх по пандусу.
— Сколько же подразделений они высылают? — полюбопытствовал сержант.
— С десяток машин по всей территории, из них восемь прикреплены непосредственно к нам. Еще четыре в резерве, если потребуется. Шериф также в этом участвует. Он обещал послан, минимум десять человек в ущелье на границу округа и еще, может, несколько конных подразделений. Думаю, мы хорошо должны его зажать. Если он появится а я думаю, что он появится, — не представляю, как он сможет улизнуть от нас. Если только... — Уитерби в задумчивости поскреб щеку и неуверенно улыбнулся сержанту. — Если только он в самом деле не призрак, как его окрестили газетчики.
Они выехали на скоростное шоссе, включив предупредительные огни, заняли крайнюю левую полосу и стремительно понеслись вперед.
— Не думаю, Джонни, что нам нужно так спешить,— с некоторой тревогой заметил Уитерби.
— Кто его знает, — ответил Паппас, быстро стрельнув глазами в сторону начальства.— Уж на этот раз я точно не собираюсь его упустить.
Лейтенант вздохнул, опять поскреб щеку и тихо проговорил:
— «... И собрал он их всех в одном месте...»