Ограничение уголовной ответственности за халатность
Нет веских причин, почему те же самые стандарты не должны применяться в принципе и к маркетингу роботов. Действительно, следует остерегаться предоставления операторам, стремящимся извлечь прибыль, карт-бланша для принятия ненадлежащего риска для жизни и здоровья других лиц.
Тем не менее, могут быть веские причины для ограничения ответственности производителей в отношении самоходных автомобилей.
- Если использование самоходных автомобилей приводит к общему снижению аварийности и обеспечивает пожилым людям и инвалидам равный доступ к преимуществам личной мобильности, представляется несправедливым возлагать (уголовную) ответственность за причинение вреда целиком на оператора транспортного средства.
- Кроме того, если риск уголовной ответственности не удастся избежать даже с максимальной осторожностью, роботы вскоре будут выведены с рынка, а выгоды, связанные с их внедрением, будут утрачены.
В то время как операторы самоходных автомобилей создают риски для жизни и здоровья других людей, не следует забывать, что то же самое можно сказать и о производстве и продаже традиционных автомобилей, управляемых людьми.
Замена автомобилей, управляемых людьми, на самоходные может действительно уменьшить общий ущерб, наносимый уличным движением, поэтому общество может иметь законный интерес к поощрению использования самоходных автомобилей. Вместо того, чтобы разрабатывать правила "все или ничего", необходимо тщательно сбалансировать конфликтующие интересы.
- С одной стороны, существует заинтересованность жертв в сбое в работе роботов в получении компенсации за причиненный им ущерб.
- С другой стороны, производители имеют законную заинтересованность в прибыльном маркетинге роботов, разработку которых они профинансировали.
Общество в целом заинтересовано в надежном и удобном применении технологий, а также в технологическом прогрессе, в том числе в преимуществах, которые могут дать самоходные автомобили. Учитывая эти противоречивые интересы, нужно искать промежуточное решение в отношении уголовной ответственности за причинение вреда по неосторожности.
Хотя непредсказуемость результатов автономного обучения делает предсказуемой возможность вредоносной деятельности роботов, предстоит, возможно, ограничить их уголовную ответственность путем корректировки стандартов осторожности и введения допустимого уровня терпимости к некоторым ошибкам при проектировании и программировании таких автомобилей.
Сокращение уголовной ответственности может быть достигнуто путем ограничения ответственности за вредные результаты. Теория уголовного права обычно не рассматривает субъекта, вызывающего вредный результат, как ответственного, если его поведение и связанный с ним вред не связаны таким образом, чтобы это способствовало распределению ответственности. Одной из причин исключения ответственности в данной ситуации может быть первичное отнесение вредного результата к самостоятельному действию другого лица, к самому потерпевшему или к "случайности" (что является другим словом, обозначающим нормальные риски, присущие жизни в нашем опасном мире). Как правило, вред, причиненный неосторожным действием или бездействием лица, приписывается этому лицу. Однако традиционная немецкая доктрина, как и американские ученые, признает исключение для случаев, когда другое лицо самостоятельно вмешивается в причинно-следственную цепочку событий, затрагивая ее таким образом, что вредный результат перестает казаться "делом" первоначального субъекта.
Например, если А виновен в создании дорожно-транспортного знака, который может повредить жертве Б, и Б доставляется в больницу, где от полученных травм он уходит из нашего мира, то смерть Б приписывается деянию А. Но все может быть иначе, если В подожжет здание больницы, пока там лечится Б, и Б погибнет в огне. В этом случае смерть Б не будет приписываться деянию А, даже если он не умер бы в больнице, если бы А не ранил его.
Однако пределы атрибуции в тех случаях, когда вмешивается третье лицо, далеко не ясны. От атрибуции вины не существует абсолютной защиты просто небрежного первого субъекта, даже если ущерб был фактически причинен третьим лицом. Для наблюдателя внезапное выскакивание автомобиля на тротуар может показаться произвольным, автономным решением самого автомобиля, а не результатом неправильного программирования или другого небрежного действия лица, которое произвело или продало автомобиль.
Но есть два веских аргумента против категорического освобождения “человека за машиной”:
- Во-первых, внешность может вводить в заблуждение - причиненный вред действительно может быть результатом небрежного программирования, а не какой-то непредсказуемой причуды автомобиля.
- Во-вторых, до тех пор, пока сам робот не будет привлечен к уголовной ответственности, у жертвы (и общества) может возникнуть пробел в ответственности: невозможно будет привлечь машину или лиц, стоящих за ней, к уголовной ответственности, даже за причиненный роботом серьезный вред. Такой вакуум ответственности может привести к резкому падению поддержки роботизированных изобретений. Эти соображения советуют не освобождать операторов робота от ответственности за вред, причиненный роботом.
Согласно другому аспекту теории присвоения, лицо не несет уголовной ответственности, если рассматриваемый вред является результатом “нормального” риска для повседневной жизни. В Соединенных Штатах Америки так называемая случайная интервенционная причина, такая как падение дерева или молния, также разрывает цепочку причин, вызванных преступным деянием обвиняемого, если только интервенционная причина не предвидится.
Продолжение Части 3 следует...