Иногда приезжала в вечернее время к российскому консульству, где у них в открытом кинотеатре демонстрировали наши фильмы. Из-за высокого забора ничего не было видно, но я слушала фильм, гуляя вдоль стен закрытого от меня мира. Потом, когда наши разъезжались по домам, уезжала и я. Боялась, что мою машину могут приметить, оставляла её поодаль. Наши, кстати, вели нескучную жизнь, и она их очень устраивала – постоянные праздники, вечеринки, танцы. В конце недели уезжали на пикник за город. Музыка наша часто неслась с их дома, где они проживали большой группой с женами. Мне так хотелось хоть раз, хоть на Новый год приехать к ним, но это было для меня невозможным. Умерла, так умерла. Впрочем, сейчас уже, наверное, я бы вела себя иначе. Время лечит многое, да и мир теперь сильно меняется... Ещё очень боялась заболеть. Пришлось бы ложиться в госпиталь, а там наши врачи...Так или иначе пришлось бы объясняться, рассказывать, унижаться, словно ты бездомное животное, подобранное под забором. Но