Дочитал. Если бы не понравилось, то написал бы «осилил».
Начну с повторения своих слов о том, что не понимаю, с чего, вдруг, роман-эпопея «Война и мир» ассоциируется с «талмудом», со скучной и нудной писаниной. Ведь в книге всего этого нет (за некоторым исключением, о чем чуть позже).
Это потрясающе динамичная, обширная книга о жизни. Это как фильм-перформанс «Дау». Ты пришёл читать, и где застал действие, там и начинается сюжет. Нет начала и нет конца, в привычном понимании. История началась давно и никогда не закончится.
Как я понял из романа, образ провидения и некого высшего замысла проявляется в мире именно в виде случайностей и совместного движения людских масс, объединения каждой отдельной воли в одну общую, народную волю. Эта эпопея, на самом деле, есть былина, документальное полотно русской жизни вообще и культуры того времени, в частности. Учитывая это, становится понятно двуязычие в тексте - много французского языка, много французского, переведённого на русский. Часто сноски с переводом нарушают ритм повествования, но я понимаю, почему не обойтись без этого. Такое было время и такая была культура. Таков способ для погружения в атмосферу той эпохи.
Пока что, из всего фонда русской классики, роман «Война и мир» мне показался самым интересным, самым динамичным и всеобъемлющим. Он идеально написан. Я вижу и чувствую, сколько сил потрачено на работу с текстом, на поиск и изучение исторического материала. Я удивляюсь смелости и уму Толстого, который решился в одиночку, первым, переосмыслить Отечественную войну и её героев. Наиболее насыщены событиями, диалогами и, в целом, более «про сюжет» именно первые два тома. Описаний не так много, куда больше диалогов, отчего иногда кажется, что читаешь пьесу. Именно в первых двух томах герои углубляются предысторией, окружением и своими воззрениями, отчего последующие события воспринимаются чрезвычайно сердечно. Ты чувствуешь, как изменились персонажи, понимаешь, что они пережили и как это на них повлияло.
Отдельно про боевые сцены. Я ожидал эпичных описаний, героизма, крови и пуль, типичной «батальности», но, на самом деле, все описания войны и сражений чрезвычайно тревожные, до сосущего под ложечкой, чувства. Детально показан страх и тревога каждого отдельного бойца в армии. Через описания этой паники или нервического задора перед сражением, ты невольно понимаешь, что не только главный герой, но каждый человек на этом поле - и враг, и союзник - чувствуют этот страх и также боятся, паникуют, но при этом идут вперёд и сражаются. Поражает именно психологическое описание состояния армий. Выигрывает тот, чей дух сильнее, кто чуть меньше боится, чуть меньше паникует, кому сопутствует череда выгодных случайностей. Есть в романе и геройство простых солдат и офицеров, мудрые начальники и лукавые прихвостни из свиты, взрывы и выстрелы, кровь, расчленёнка и даже мат, но это все-таки не главное. Главное, именно в психологическом описании и прочувствовании боя. Никто не хочет сражаться. Сцены войны и сражений в романе - чрезвычайно яркие манифесты пацифизма, как бы странно это не звучало.
И в то же самое время, пока одни сражаются, другие, город и свет, живут своей отдельной жизнью. Пусть увеличен набор рекрутов, но ведь война она где-то там далеко, а здесь балы, театры, ужины и рассуждения о ней. Во время мирных глав, не покидает ощущение того, что на войне порядка и чести больше, чем во всех этих людях, которые живут в мире. У них там, на поле сражения, все «просто» - сошлись, подрались и независимо от чьей-либо победы, к каждой из сторон возвращается человечность, людское. Здесь же, где нет войны и все хорошо, нескончаемый парад притворства, масок, интриг и сплетней, измен и пустых разговоров.
Историософия — толкование истории с определенных мировоззренческих позиций.
С третьего тома к общему повествованию о героях понемногу прибавляются историософские главы. Это текст с мыслями самого Толстого о истории, о механизме мировой жизни. Они слегка сбивают ритм, хочется скорее перечитать их, чтобы вернуться к своим героям. Но тех, кто поглубже в них вникнет, ждут очень интересные рассуждения и мысли. Толстой глубоко проник в смысл случайностей, мировых событий и личностей, полностью развеяв ретроспективность истории и заблуждения тех, кто такую историю пишет - сильно после всех событий, подводя и подтасовывая факты под свершившееся дело. Этим он совершил серьёзный переворот в деле осмысления Отечественной войны 1812 года и истории вообще.
Вторая часть эпилога - целиком и полностью посвящена историософии. Это, примерно, те самые рассуждения, о которых сейчас пишет свои книги Нассим Талеб. О случайностях, о «чёрных лебедях» истории, о ретроспективе, о свободе воли и тд. Все о чем он пишет сейчас и в чём разубеждает общественность, было высказано Толстым более сотни лет назад. Я очень удивился этой параллели и был шокирован тем, что никто этого не заметил. Наверное, когда роман уже давно закончен, читать целый философский трактат становится особенно тяжело. Я, признаюсь, и сам иногда ловил себя на мысли, что во время чтения этой части думал о другом. Хотелось переварить историю, которая, вроде как, завершилась открытым финалом, а тут ещё целый трактат нужно прочесть. В общем, думаю, что эту часть эпилога лучше всего прочесть немного погодя или вернуться к ней отдельно ещё раз.
Это были потрясающие три недели. Это великолепная книга, которую незаслуженно обзывают скучной и неинтересной. Наверное, лучше бы в школе изучали Анну Каренину, а Войну и мир оставили для самообразования. Не умеют об этой книге рассказывать и ей заинтересовывать, от того она стала настоящим пугалом для тех, кто начинает интересоваться литературой. Ей пугают всех, кто вдруг решил начать читать.
Настоятельно советую и рекомендую. Никуда не торопясь, спокойно, в течение месяца прочесть. По одному тому в неделю - реально и по скорости, и для понимания.
Отдельно рекомендую лекции Дмитрия Быкова про Толстого и его творчество.