Сегодня, пять лет назад, они, молодые, глупые, до одури влюбленные в себя, жизнь и друг друга, стояли, крепко сжимая руки, в загсе. Прятали слёзы волнения и радости и давали клятвы. В горести и радости, в богатстве и бедности, в здравии и болезни.
Счастливые, загоревшие и ещё более влюбленные вернулись с первого отпуска. И все бы ничего. Но быт, как моль, подтачивал самый нежный шелк чувств. Тля проедала все тёплые меха любви и объятия становились реже. Чаще слышались крики, взаимные обвинения и претензии. Она убегала в ночь долго ходить по городу, думать, отпускать слёзы злости и досады. Ей иногда даже казалось, что она ошиблась. Он оставался один, набирая её номер каждые две минуты и выдыхал обиду с дымом.
Они были вместе и каждый сам по себе. Он стал прятаться в виртуальных мирах, где чувствовал себя героем и победителем, не удовлетворяя этих чувств с ней. Она, как будто ничего не замечая, носила самую величественную корону, томно вздыхала и строила глазки незнакомцам.
Она мечтала его изменить. После очередной бури доставала пластелин и лепила, резала пальцы и продолжала. Но он не поддавался. Это был не пластелин с осколками стекла. Это был кремень. Самый твёрдый и упрямый из известных ей.
Он был постоянен не только в своём нежелании меняться и проседать под её капризами. Он упрямо продолжал её любить, мириться первым, крепко зажимать в объятиях и целовать эту дикую царапающуюся кошку.
Он мечтал победить всех её драконов, не понимая, что она-это и есть знак дракона.
Пять лет они делили воздух. Еще она делила его с работой, друзьями и даже родными. Его нельзя было никому и нисколько. Иногда она так ревновала, что начинала есть сладкое, брюзжать, проваливались в комплексы и становилась бесцветной и прозрачной, пустой и молчаливой.
Пройдя через этапы ситцевых, бумажных, кожаных и льняных годовщин, они дошли, доковыляли и где-то доползли до деревянной.
За это время она столько раз перегорала, путалась в чувствах и мыслях, с юношеской робостью встречала после долгих разлук и с холодным сердцем собирала чемоданы. А он оставался верен клятвам, себе и становился мужественнее, расцветал, мудрел и крепчал.
Сегодня ей вдруг больше не захотелось борьбы, доказывать свою правоту, ревновать и бороться со всем миром за право быть лучшей в его глазах.
Она хотела сложить оружие, корону, медали, право на первенство и отойти в сторону. На ближайших пять лет. Набраться мудрости, такта, терпимости, бесконфликтности. Перекроить сарказм в юмор, претензии в похвалу и истерику в такт сильной, уверенной в себе, самодостаточной женщины.
Сделать эти отношения повыше, без фамильярности, ковыряний в душах, сердцах, словах и поступках. А очень высокими, нежными, трепетными, уважительными, разумными и сильными. Чтобы потом вместе, задувая 50 свечей на праздничном торте их золотого юбилея, плакать от счастья и гордиться своим мужеством и упрямой терпеливостью.
