Жил да был свободный электрон. Был он молод и уверен в себе, полон задора и жаден до новых впечатлений. В поиске этих самых впечатлений денно и нощно носился он по кристаллической решетке, перемещаясь от одного атома к другому и встречая на своем пути новое и незнакомое.
Чаще всего ему встречались другие свободные электроны, что было неудивительно: они занимались тем же самым. Перескакивая от одного узла кристаллической решетки к другому, старались они найти новое и неизведанное. Порой им это удавалось, и тогда их старания вознаграждались, но по большей части путь казался знакомым и даже несколько скучным.
Случалось нашему электрону встретить и своих валентных собратьев. Им удалось установить связи с атомным ядром, и они уже никуда не летели, а всё более степенно вращались в заданном направлении. Валентные электроны все время рассказывали о каком-то смысле существования, о собственной миссии, о задаче целого атома, которую никто не знает, кроме протонов в ядре, но которую очень важно выполнить.
Но свободный электрон их не слушал. Что может быть более скучным и унылым, чем постоянное нахождение на одном месте и вращение в заданном направлении? Жизнь одна, и нужно успеть получить за время собственного существования как можно больше впечатлений, увидеть как можно больше разных мест. И совершенно ни к чему эти странные разговоры об общем деле, о химических связях с другими молекулами и возможных трансформациях в иные вещества. Где-то в глубине души он считал все валентные электроны сектантами, а сам больше всего на свете ценил собственную свободу.
Смело несся наш электрон навстречу новому. Казалось, ничто не сможет его остановить.
Прошло время. Многие валентные электроны уже покинули внешние орбиты своих атомов и перешли на более близкие к ядру. Многие свободные электроны решили пожертвовать личной свободой ради общего блага и стали валентными. Многие атомы образовали новые химические вещества и начали новую жизнь. И только наш свободный электрон по-прежнему искал новых впечатлений, рассекая просторы кристаллической решетки.
Но холодно, холодно и одиноко было на его душе. Раньше он не чувствовал этого одиночества, но со временем и в его душе пробудилась потребность в чем-то большем. Если уж не в смысле жизни вообще, то хоть в какой-то осмысленности существования. Свобода, которую он так ценил, перестала радовать его. Нужно было что-то иное...
***
Столько раз пожилая органическая молекула рассказывала своим внукам эту историю, но им все равно было невдомек, что их бабушка когда-то сыграла в ней главную роль.
***