Девочка их – единственная дочка – попавшая в автокатастрофу – пролежав три дня в реанимации, умерла. Отец – церковный журналист, историк церкви, поэт - писал в фейсбуке (когда жила последние дни): Прошу молитвенной помощи. Он верил в то, во что верил: истово, яростно, вне сомнений. Он видел всю недопустимую роскошь церковную последних десятилетий, и, закрывая на неё глаза, искал оправданий. Жена не рыдала, она точно окаменела, или одеревенела. Девочке было 23 года, она закончила экономический вуз, немного подсмеивалась над отцом, и была весёлой, общительной. Жена вдруг, точно из недр существа рвалось нечто жуткое, кричала: Где твой бог, а? Где он? И бог, явно звучавший с маленькой буквы, молчал, как набравши в рот вод мирового потопа. Он же – потоп этот – заливший сознанье отца, переворачивал всё… Отец писал стихи: дочери, о ней, ей посвящённые; он писал об окаменевшей жене, и размещал их в сети. Он уговаривал себя, что мудрости, мол, Божьей… И тут же срывался на внутренний крик: Ка