Существовавший в 1934 – 1946 гг. НКВД заслужил печальную славу как инструмент сталинских репрессий. Но все главы НКВД и многие их заместители были сами обвинены в том, что должны были искоренять – в измене и попытках госпереворота. Всех их, как и их жертв, расстреляли.
Генрих Ягода – нарком с сексуальными причудами
Он работал в ЧК и ОГПУ, с 1934 член ЦК ВКП(б), во период внутрипартийной борьбы выступал на стороне Сталина и участвовал в подавлении оппозиции. Когда ЦК (то есть Сталин) принимал решение об аресте того или иного лица, Ягода заводил дело, и вскоре признание из жертвы выбивали, а все, что свидетельствовало в пользу ее невиновности, отметалось.[С-BLOCK]
Пытки и фабрикации были обычных делом, в 1934 г. даже Политбюро пришлось признать, что ОГПУ активно пользуется незаконными методами следствия. И тем не менее, Генрих Ягода в том же году стал первым главой НКВД. Он же стал первым творцом ГУЛАГа. В то же время Ягода оказался не вполне подконтролен Сталину – время от времени он давал понять, что хотел бы отказаться от фабрикации и ввести репрессии в рамки закона. Постепенно Сталин начал все больше опираться на Н.И. Ежова, который все выполнял, не задавая никаких вопросов.
В 1936 Ягода был снят со своего поста, а в 1937 арестован. Его обвинили не просто в потворстве оппозиции, а в участии в заговоре против Сталина и подготовке госпереворота. Когда Ягоду спросили на суде, не сожалеет ли он о своей измене, он ответил, что сожалеет только, что не расстрелял всех, когда «мог это сделать». Ягода был осужден и расстрелян в 1938. В лагерях оказалась вся его семья, две сестры были расстреляны.
После ареста Ягоды при обыске у него нашли не только троцкистскую литературу, но и немало драгоценностей и денег, порнографические фильмы, открытки и резиновый фаллоимитатор.
Николай Ежов
Казалось бы, Сталин нашел идеального наркома. Ежов беспощадно преследовал троцкистов и других нелояльных вождю лиц. Он стал неутомимым исполнителем Большого террора 1937–1938 гг. Троцкисты, зиновьевцы, бухаринцы — десятки и сотни тысяч людей были осуждены за связь с оппозиционерами и заговорщиками (реальными или мнимыми), лишены свободы или расстреляны.
В 1938 Ежов был смещен, а на его место поставлен Лаврентий Берия. Ежова арестовали и обвинили в том, что он готовил террористов и путч на 21-ю годовщину революции. Кроме того, Ежова обвинили в мужеложстве (в этом, кстати, он признался легко, и написал список своих любовников, в числе которых был его охранник: всех этих людей позже расстреляли). Кстати, на обыске у Ежова нашли тот самый фаллоимитатор, что прежде обнаружили у Ягоды. В остальном Ежов своей вины не признавал. Но в 1940 г. его все равно расстреляли, а семью также репрессировали.
Лаврентий Берия
Старый партиец и сотрудник госбезопасности, Берия пробыл главой НКВД до конца 1935 г. Он сумел полностью доказать свою лояльность Сталину и не допустить заговоров против себя среди подчиненных. До смерти Сталина в 1953 г. Берия оставался одним из первых лиц СССР. И только в ходе борьбы за власть против Маленкова, Хрущева и Булганина он был обвинен в шпионаже и расстрелян.
Но большая часть самых кровавых сталинский палачей разделили участь Ягоды и Ежова еще при Сталине. Я. Агранов (соратник Ягоды и Ежова) расстрелян в 1938, Г. Прокофьев (заместитель Ягоды) – расстрелян в 1937, М. Берман, М. Фриновский, Л. Бельский, В. Курский, С. Жуковский, Л. Заковский и многие другие творцы террора были казнены в 1937 – 1939 гг. Те, кто вместе с Ягодой и Ежовым обличал и карал изменников, как и они сами, были объявлены изменниками.
Почему Сталин казнил их, остается загадкой, пока закрыты архивные документы о следствии и судах над этими людьми. Вероятнее всего, Сталин решал две основные задачи: во-первых, нужно было устранить тех, кто слишком много знал о механизмах репрессий и на кого позже, в случае необходимости, можно было бы свалить всю вину за расстрелы невиновных, во-вторых, пока репрессии были в разгаре, Сталин еще не утвердился окончательно в роли неоспоримого и единственного претендента на власть.[С-BLOCK]
Концентрация власти в разгар террора в руках глав НКВД делала их потенциально опасными для Сталина. Могло показаться удобным решение убрать их после того, как они сделали всю черную работу, но еще не успели обрасти личными доверительными связями и набрать личных сторонников. Избежал этой участи при Сталине только Берия, пришедший на излете Большого террора и по характеру максимально лояльный уже бесповоротно утвердившемуся Сталину.