Засиделись. Вечер, который, казалось, только начался, неожиданно сменился ночной темнотой. На небе высыпали звезды и желтая круглая луна вперилась в поляну безучастным прожектором. Маринка глянула на сырное светило и, потянувшись во весь рост, зевнула:
- Ну, ребятки, кто со мной на болото ночевать?
Алина и Олег переглянулись, и Олег пожал плечами.
- Я! Я, теть Марин! - весело выпалила Алинка и, понизив голос, добавила: - А палочку дашь поколдовать?
- Ох, ты ж, господи, - всплеснула длинными руками Маринка и умилилась, - дитятко какое. Конечно...
Тут она осеклась, и с беспокойством глянула на противоположный край стола, где допивала чай Соня. Колдунья недовольно качнула головой и протестующе вскинула руку ладонью вперед.
- Ой, конечно утром, - попробовала вырулить Маринка, гадая над пантомимой подружки,- неча на ночь колдовством баловаться...
Но Соня не одобрила и этот ход:
- Нет, - сухо отрезала она. - Никакой больше палочки.
Олег, сидевший рядом, не сдержался и провокационно хрюкнул, а Алинка тут же надула губы и сердито уперла ручки в бока:
- Ну те-оть Со-онь! - требовательно заныла она. - Мы же на болоте поколдуем! Ну па-жа-ла-ста! Палочкой так хорошо выходит...
- Или ты колдуешь руками, или пусть тебя Маринка учит, как хочет, - озвучила ультиматум колдунья, - палочками, прялками, кольцами, картами...
- Географическими? - влез Олег с лучезарным "швейковским" выражением на лице.
- Игральными! - буркнула Соня.
Она поднялась и, сделав округлый жест обеими руками, заставила посуду зависнуть над столом. Затем банки с вареньем отправились в погреб, хлеб, обернувшись салфеткой - в кладовку, а самовар важно двинулся на печную полку. Для остального из избушки пришли таз, тряпка и ведро воды. Соня вопросительно взглянула на замерших Маринку и Алину.
- Люблю смотреть, как ты колдуешь, - широко улыбнулась кикимора, - прям - балет!
Алинка восхищенно покачала головой, и Соня, снисходительно хмыкнув, продолжила колдовство: таз слопал тряпку, запил её водой из ведра и вскарабкался на стол. Там он начал заглатывать грязные чашки и ложки, выплевывая их совершенно чистыми.
- А вот, спорим, - подал голос Олег, у которого сбежала недопитая чашка чая, - что ты, хоть и техномаг, не знаешь, как работает посудомоечная машина.
Звякнуло в тазу блюдечко, колдовство замерло.
- Я не знаю? - Сонька сложила руки на груди.
- Не, не знаешь, - подтвердил Олег. - И рассказать не сможешь.
- Хорошо, - колдунья кивнула, принимая вызов, - но если скажу, ты - домываешь посуду. Идет?
Поворот для Олега был неожиданным, тем более уверенность Сони внушала некоторые опасения. Он вопросительно посмотрел на Маринку. Кикимора только пожала плечами.
- Ладно, идет, - согласился Олег. - Рассказывай!
Соня усмехнулась и вскинула руки, засучивая рукава синего балахона:
- Итак, дамы и господа, - с интонациями провинциального факира произнесла она, - посудомоечная машина работает так: У-у-у-у-у, буль, буль-буль, буль, у-у-у-у-у, буль-буль-буль- у-у-у... И так - полтора часа. В конце её цикла пищит зуммер!
Олег отвалил челюсть, а Маринка и Алина зааплодировали. Колдунья раскланялась.
***
- Олежик, ты не грусти, - успокаивала брата Алинка, собираясь за кикиморой, - зато ты теперь знаешь, как машина работает: "у-у-у-у, буль-буль-буль-уууу" - полтора часа. А потом - пи-и-п! Зуммер.
Олег молчал, скорбно драя тряпкой очередную тарелку. Вода в тазу была ледяная....
