Стоя. У окна. День был морозный и солнечный, что для вечно серого Питера само по себе праздник. Я смотрела в окно и вдруг вспомнила давно забытое ощущение...
Когда в детстве мы ехали с родителями в долгожданный отпуск к бабушкам/на море/на дачу в поездах - мы, дети, не отлипали от окон. Сияло солнце, в вагонах стояла жуткая жара, удушливо пахло заваренным дошираком... Но нам все было в радость. И тесные туалеты, и однообразные пейзажи, и короткие остановки, и сомнительного качества продаваемые пирожки.
Сколько придуманных историй ехало с нами в этих поездах! Они тянулись по рельсам разноцветными лентами, и не было бОльшей радости, чем увидеть (и разглядеть!) лица людей из проносящегося параллельно твоему поезда.
Что делали тогда все дети? Начинали в порыве какого-то необъяснимого единения - особенного, летнего - размахивать своими детскими ладошками, приветствуя таких же счастливых отпускных людей. И что мы видели в окнах другого поезда?
Раскрытые ладони.
И волна восторга - щемящего, пыльного, светлого - накрывала с головой. Ведь тебя увидели! Ответили!
Этот особый летний оконный жестовый язык знал каждый ребёнок и каждый родитель.
И сейчас, трясясь в забитой душной маршрутке, я тщетно пыталась вспомнить, когда мы перестали показывать друг другу раскрытые ладони. А главное - почему?..
Я медленно сняла перчатку и приложила ладонь к запотевшему стеклу. В окне проезжавшего мимо автобуса мелькнула раскрытая детская ладошка...
Мы просто выросли. И все забыли.
Однажды ты протянешь своему внутреннему ребёнку раскрытую ладонь.