Начал читать "Огородные пугала" Дениса Осокина и меня охватил азарт. Ну, вот же человек берет и описывает свою жизнь, то что и являет ее подлинное содержание. То, что наполняет голову от рождения до смерти. Балконы, лужи, сомнения, коньяк, воспоминания о позавчерашнем сне.
И мне тоже жутко захотелось свою жизнь также описать. Не для читателей, а для себя. Жизнь уже подходит к концу и мне стало страшно, что многосерийные сновидения о потаенных домах канут в лету. И никто об этом не узнает. Захотелось написать о стекляшках льда в первом микрорайоне, о том, что утром в воскресенье они веселые, эти стекляшки, а вечером, когда в долине воют собаки, грустные. Писать без плана, а потом все складировать.
1972
1973
1974
и так до 2056 года. Желательно еще и по месяцам разбивку дать. Получится книга "Житие Мое",
В 2006 году, когда я пришел в интернет я начал делать нечто подобное - давать этакие потоки сознания. Но большинство людей написало, что я сумасшедший, "автор, ты че курил", "где траву берешь" и так далее. Ну и за год уже к 2007 я прекратил эти попытки описания РЕАЛЬНОЙ ЖИЗНИ. А теперь снова загорелся.
И я с тех пор не могу понять,
1) действительно я сумасшедший, что у меня такое в голове творится или
2) я чокнутый потому, что это есть у всех, но об этом СТЫДНО рассказывать.
Прошу дать ответ.
Что я имею ввиду? Возьмем, например, отрывок из прозы Осокина с авторской пунктуацией:
теперь я куплю аптеку в переулке галактионова, назову ее 'сашина аптека' и буду
всю жизнь продавать лекарства. я буду самым печальным аптекарем – и обо мне
пойдут легенды. он похоронил свою александру. – будут шептаться дамы. тише,
сволочи. не похоронил а видел похороны, и не свою а ничейную. александра –
счастливые запахи осени, картавит, смешно произносит шипящие. саша среднего
роста, в имени саша три буквы 'ша'. саша лазает по деревьям – особенно часто си-
дит на черемухе у себя во дворе. мы ничего о ней не знали, мы наблюдали ее из
окна и несколько раз встречали в магазине. мы не здоровались но рассматривали
друг друга. было ясно – с ней мы договорились бы обо всем – что с александрой
возможно любое чудо. ранним утром стоя на мерзком балконе мы глядели на са-
шину крышу и думали о том как она спит, как разглядывает себя перед зеркалом,
как с любопытством ходит на почту где ничего не ждет и не шлет. мы представляли
себе как она моется в полумраке комнаты и стучит зубами от холода. мы ничего не
успели – и никто не успел – и сама александра в жизни успевает только завести
кошку. саша – мертвая девочка, умирает до восемнадцати лет. саша цвета как пе-
репелка бегущая по рыжей осенней дороге. когда умирает саша – в мире рождает-
ся колыбельная. встреча с сашей в антимире обещает только хорошее.
Так вот это хватание предметов ногами у Осокина или докторская колбаса, которая изгибается при жарке у Гришковца - это авторская сумасбродность или же это у всех такое есть, но просто люди об этом не говорят. Мне так кажется это у всех есть внутри головы, но просто стесняются люди и не говорят.
А потом я понял!
Я нашел ответ на свой вопрос. И вот он такой. Все люди более-менее одинаковы. Ведь даже самый тупой охранник видит сновидения, превосходящее по своему разнообразию порой и романы Осокина, и Пруста, и мои потоки сознания, о которых я писал. Уверен, что и днем его внутренняя мыслительная деятельность также разнообразна. Однако, охранник, дальнобойщик, крестьянин, разнорабочий все это отрицает. Его дневной разум отключает и сны и свой же богатый внутренний мир. Более того, он ненавидит чужие внутренние миры. Другой вопрос, почему же он отрицает сам себя? Тут много может быть ответов: и стыд, и бедный словарный запас и отсутствие навыка, желания, умения выражаться себя словами, образами, музыкой и так далее. Только развитый ум интеллектуала, способен превращать свой богатый умственный мир в романы, песни, стихи и киноленты.