В 1611 году в Варшаве поляки устроили большой праздник. Ну, то есть главными организаторами его были на самом деле не совсем поляки:
Король Сигизмунд III был поляком только наполовину, по маме Катерине Ягеллонке. А по папе он был очень даже шведом из династии Ваза. И всю свою жизнь хотел вернуться на шведский трон, только ничего у него не получилось.
Коронный польный гетман Станислав Жолкевский был, конечно, поляком. Правда, сыном воеводы русского. Ага, хозяина Львова. Украинцев тогда еще не придумали, поэтому Львов был главным городом Воеводства Русского. Вот отец победителя московской армии при Клушине, как раз и был тамошним воеводой. А так да … поляк. Правда, родом с русских земель. Ну да ладно. В Речи Посполитой через одного на самом деле были такие поляки … с русско-литовскими корнями.
Праздновать этим славным людям на самом деле было чего. После разгрома при Клушине в 1610 году, взятия Смоленска в 1611 и размещения польского гарнизона в Москве, а также приглашения Семибоярщиной королевича Владислава на царство, можно было считать, что с вечным соперником и конкурентом – Московским государством было полностью покончено.
По улицам Варшавы, перед ликующими толпами провели захваченного в плен, низложенного московскими боярами бывшего царя Василия Шуйского, его жену, братьев, а также ряд русских бояр, дипломатов и военачальников. В их числе оказался и Михаил Шеин, до последней возможности оборонявший Смоленск. И кого из всех русских бояр, проведенных в тот день по Варшаве, стоило пожалеть в тот унизительный день, так это – только его и его соратников. Потому что он был верен своей присяге до конца. В отличие от Шуйских, которые получили ровно то, что заслужили.
После того, как пленников провели по Варшаве, Шуйских привели в парадный зал королевского замка и там заставили кланяться королю Сигизмунду до земли.
Перед показательным унижением бывшего русского царя, Жолкевский произнес речь, завершив ее словами:
«Ныне стоят они жалкими пленниками, всего лишенные, обнищалые, поверженные к стопам Вашего Величества, и, падая на землю, молят о пощаде и милосердии».
---------
Варшава и Речь Посполитая торжествовала.
В Москве молодой человек по имени Миша Романов вместе с боярами присягал на верность польскому королевичу Владиславу. Его отец – тушинский патриарх Филарет находился среди пленников, вместе с Шуйскими. В плену он оказался после неудачных переговоров об условиях, на которых королевич Владислав будет править в Москве.
В общем-то, все эти славные люди были совсем даже не против на определенных условиях лечь под Речь Посполитую.
Вот только согласны с таким раскладом были далеко не все.
Под Москвой уже сложил свою буйную голову Прокопий Ляпунов.
А в Нижнем Новгороде мясник Кузьма Минин, уже произнес свою речь, призывая горожан:
«…не жалеть нам имения своего, не жалеть ничего, дворы продавать, жён и детей закладывать, бить челом тому, кто бы вступился за истинную православную веру и был у нас начальником»
Вот с нее то и началась новая Россия, родившаяся из пламени Смуты и позора в Варшаве.
Все в итоге получат, кто и что заслужил. Но это будет потом. А пока поляки праздновали победу над Россией.