И не толстую. Это было единственное дополнительное условие Иванова. Толстых Иванов не любил и со всей своей прямолинейностью им об этом говорил.
Совсем молодую Иванов тоже женой не видел. Пусть будет от тридцати пяти. До сорока пяти.
В идеале у будущей жены должно быть чувство юмора. Именно на почве юмора разошлись они с умной и не толстой Марией, ради которой он бросил дом и работу в Канаде, чтобы сломя голову примчаться в Россию.
С Марией они познакомились на сайте знакомств. Переписывались несколько месяцев. И понял Иванов, что пропал. Влюбился в сорок семь, как пацан. Одним днем уволился, оставил за домом присматривать родителей и полетел в Москву.
В Москве с Марией прожили месяц. Даже документы на визу подать не успели. Мария тянула. Чувствовала, наверное, умница, что не её человек Иванов.
Оказавшись за порогом дома Марии с небольшим канадским чемоданом в руках, Иванов решил не возвращаться в Канаду, пока не отыщет себе русскую жену. С местными у Иванова не складывалось. Иванов страдал.
Жену Иванов для переезда в Канаду искал свободную от квартирного вопроса, другими словами, бесприданницу, чтобы могла в одночасье сорваться за любимым в новую жизнь.
И с ребёнком. Чтобы не ждала от Иванова радостей материнства. Этих радостей Иванов уже нахлебался, пережил и новых не искал.
Иванов был человек практичный. Он надеялся, что среди тех, кто откликнется на заманчивое предложение, отыщется хотя бы одна, пусть и не бескорыстная, но светлая душа, с которой они в последствии смогут уже в Канаде найти уютное семейное счастье. Любви Иванов не искал.
На удивление, русские женщины обходили его анкету стороной. Не верили, что простое уютное женское счастье за границей ожидает их за углом в лице невысокого худощавого Иванова.
После пары провальных свиданий Иванов засучил рукава и принялся собственноручно шерстить предложения рынка невест.
Невесты Иванова опасались и на свидания соглашались неохотно.
Прошло больше года, когда случилось непредвиденное. Опять Иванов пропал. Влюбился. В толстую Полину, помешанную на детях.
Полина была неповоротлива и неразговорчива. Иванов, как ни бился, не мог понять, согласна ли невеста на переезд или нет. А пока суть да дело, пытался он Полину на диету посадить. Все-таки не любил он толстых. Полина злилась и жрала вкусные пирожки, которые сама и пекла. На диете Иванов сидел один. На ребёнка согласие Полине дал. Торжественно.
От ворот поворот Иванов получил письменно. Получил не электронное, а обычное письмо по почте, в котором Полина извинилась, что внушила ему, Иванову, ложные надежды. Но мать и семью, дескать, покинуть она не может, и ни в какую Канаду с Ивановым не поедет. А ему, Иванову, удачи и счастья.
Больше Полину Иванов не видел. Пытался найти, но она как сквозь землю, как говориться.
Иванов загоревал. Один раз даже напился.
Это было десять лет назад. Из России Иванов не уехал. Анкету с сайта удалил.