Сана волновалась. Не волноваться было невозможно, но правилами приличия требовалась соблюдать хотя бы видимость спокойствия. Со вспотевшими ладонями и гулко бьющимся сердцем это было тяжело.
День Выбора.
Пафосное название и ужасная правда.
Нет, она, выросшая с историями своих родителей, переданных ей бабушкой, знала, что выберет. И, несмотря на отчаянное желание спастись, девушка понимала - она не предаст семейные принципы.
Она училась драться. Училась защищаться. Как и все вокруг.
Единственное, что она никогда не хотела учить - это то, как убивать.
Дети вокруг с самого детства фантазировали, как они будут убивать людей. Это было до ужаса обыденно. Убийство, как неизменная часть жизнь.
Сана не хотела. Она жила сиротой и, в отличие от других, осознавала ценность жизни. Кому-то везло. Кому-то не очень.
Но цифра на тыльной стороне ладони, точно клеймо, всегда приковывала взгляд.
Эта цифра была у каждого человека. Она была разной, но была всегда.
Цифра. Клеймо. Знак.
Сколько человек ты убил?
Сегодня был пятнадцатый день рождения Саны. Она никогда не праздновала этот день. Но, почему-то жестокие правила обязывали всех детей именно в этом возрасте выбирать цифру.
Сколько человек ты можешь убить?
Ты выбирал любое число до пятидесяти - многие выбирали именно это, - и получал татуировку на руку.
Лицензию на убийство.
Ты мог убить любого. И любой мог убить тебя. Но каждое убийство отражалось на руке красной точкой. Так отслеживался лимит.
Убить больше было нельзя - ты сам умирал, останавливалось сердце. А в остальном - абсолютно свободен. Конечно, ровно до того момента, пока тебе не начнут мстить за убитого его родственники.
И без лицензии убивать тоже было нельзя. Таких было немного. Потому что такие исчезали в застенках Аппарата.
Как это действовало? Почему именно так, а не иначе? Зачем вообще нужен был этот Выбор? Зачем убивать других людей?
На эти вопросы никто не мог ответить. Потому что не интересовались. Люди привыкли жить со смертью под боком, им было не важно, что можно изменить мир одним лишь своим желанием.
А потому…
В дверь постучались.
Сана вздохнула, успокаивая разум. Она сделала свой выбор.
В дом вошли люди в серых костюмах. Их лица были равнодушны, а в руках блестел железом чемоданчик. Тот, что поставит ей на руку клеймо.
В полном молчании Сана села перед Аппаратом.
- Сана Р- 21, вы вступаете в период осознанного лишения жизни. - заученными словами заговорил мужчина перед ней. - Вам дается право выбора Числа. Вы имеете право назвать любое число не превышающее пятьдесят. Вы имеете право убивать такое количество человек, сколько будет отображено на вашем Знаке. Вы имеете право убивать любым удобным для вас способом. Вы не имеете право превышать выбранный лимит. Вы не можете отказаться от Знака. Вы не можете отказаться от Выбора.
У Саны перехватило горло. Раньше этого правила не было. И еще находились люди, которые отказывались убивать вообще. Она тоже хотела. Аппаратник продолжил, не обращая внимания на ее смятение.
- Вы имеете право назвать сейчас любое число не превышающее пятидесяти. Называйте. - белесые равнодушные глаза уставились на нее.
У Саны гулко билась в голове лишь одна мысль.
- Ноль. - тихо произнесла она.
- Вы не имеете права отказаться от Выбора. - в голосе мужчины послышалось раздражение. - Вы не имеете права отказаться от Знака.
- Я не отказываюсь. - произнесла спокойно Сана. - Ноль, это тоже число. Я выбираю ноль.
Аппаратник зло посмотрел на нее. Но правила были соблюдены. Что ж, придется переделать еще несколько моментов.
- Сана Р-21 выбирает Ноль. - процедил он.
Два других аппаратника зафиксировали чемоданчик на столе.
Сана вложила руку в специальное углубление.
Она продолжала упрямо смотреть в белесые глаза мужчины напротив.
И когда руку обожгло болью, девушка не сдержалась:
- Вы никогда не истребите нас. - глухо произнесла она. - Тех, кто жаждут жизни, а не смерти. Мы всегда будем рождаться. И мы будем придумывать все новые и новые способы обойти вашу систему. Да, нас может убить любой. Но кто сказал, что мы беззащитны?
Люди в сером ушли молча. Сердце гулко билось в груди Саны. Ей было горько и больно. Но она знала, бабушка, погибшая от рук убийцы два дня назад, гордилась бы ею.
Сана шла по улице с высоко поднятой головой. Ее жизнь могла окончиться в любое мгновение.
На тыльной стороне ладони ярко-алым клеймом горел Ноль.
