Парадоксальное сочетание страхов россиян – совсем не боятся потерять работу, волнуясь по поводу снижения собственных доходов и социальной несправедливости. Работа, понятное дело, не волк, да и лесов у нас всё меньше. Нам пофиг международные конфликты – президент всё разрулит, всеми фибрами души презирая врачей, соотечественники страшно боятся лишиться бесплатной медицинской помощи.
Боязнь в одночасье оказаться за бортом ОМС, не мешает гражданам не интересоваться «наполнением» госгарантий. Опрос ФФОМС 1600 разновозрастных россиян показал, что каждый шестой не знает, должны ли ему в больнице давать бесплатные лекарства. Только каждый третий респондент не исключает возможности поинтересоваться у страховщика, следует ли ему покупать то, что посоветовал госпитальный врач.
Пациентская леность проистекает не из сочувствия финансовому положению ЛПУ, это состояние души. Да и зачем самому человеку суетится и изучать список своих прав, если сам Минздрав для заботы о здоровье сограждан придумал специальных людей – это врачи поликлиники и чудотворная диспансеризация.
В НИИ общественного здоровья и управления здравоохранением Первого Меда подсчитали пользу диспансеризации для общества: новых заболеваний выявляется всего 2%, и далеко не все они верифицируются при госпитальном обследовании, зато ежегодно экономические потери от невыхода на работу оцениваются в 0.4 триллиона рублей. В этом году 59 миллионов будут обследованы «вхолостую».
«Нам искусственно навязали мнение, что участковое здравоохранение работает плохо, люди не обращаются при заболеваниях к врачу, и поэтому диспансеризация — главный инструмент профилактики, раннего лечения. На самом деле это неправильно», - считает профессор Первого Меда Игорь Гундаров. Первостепенна роль коррекции образа жизни, которую должен проводить не участковый терапевт, «он некомпетентен, у него нет времени».
Правильно будет делать диспансеризацию так, считают в НИИОЗ:
- 1 этап – выявление высокого риска смерти с помощью самых дешевых технологий, что позволит отсеять 85%;
- 2 этап – уточнение и выявление факторов негативного влияния, дополнительно отсеется ещё 10%;
- 3 этап – коррекция факторов риска у 5% оставшихся, но не терапевтом, а социальным врачом.
Социального врача Минздрав ещё не придумал, а в Первом Меде знают, что это «немножко и терапевт, и кардиолог, и психолог, и организатор здравоохранения». Как вам идея?