Который год на плохо освещенной сцене - Уже изрядно всем приевшийся сюжет. Актеры, сонные и мрачные как тени, Играют пьесу о стране, которой нет. О той стране, которой как-то вдруг не стало, Внезапно так, что не успел никто понять. Последний зритель у портьер курил устало, Окурок с пола будет некому поднять. Шел третий акт, но утомленные артисты Не торопились выходить из-за кулис. Никто не будет поощрен или освистан. В гримерке спал пьянющий в стельку сценарист. Пыль опустилась на пустующие кресла, Был сыгран сильно затянувшийся финал. Тяжелый занавес, качаясь, рвался с места, Но опускать его никто уже не стал. Спасибо, что дочитали до конца. Буду горячо признателен за лайк и подписку.
Который год на плохо освещенной сцене -
Уже изрядно всем приевшийся сюжет.
Актеры, сонные и мрачные как тени,
Играют пьесу о стране, которой нет.
О той стране, которой как-то вдруг не стало,
Внезапно так, что не успел никто понять.
Последний зритель у портьер курил устало,
Окурок с пола будет некому поднять.
Шел третий акт, но утомленные артисты
Не торопились выходить из-за кулис.
Никто не будет поощрен или освистан.
В гримерке спал пьянющий в стельку сценарист.
Пыль опустилась на пустующие кресла,
Был сыгран сильно затянувшийся финал.
Тяжелый занавес, качаясь, рвался с места,
Но опускать его никто уже не стал.
Спасибо, что дочитали до конца.
Буду горячо признателен за лайк и подписку.