Бывший коллега приобрел Айфон ради камеры. Работа заключалась в поездках по торговым точкам, трепу с заказчиками, повышению прибыли и всему обычному бла-бла-бла из жизни рядового сотрудника отдела продаж. Очень важным моментом являлся фотоотчет, прикрепляемый в файл для Питера, где находилась головная контора. Еще раз: он приобрел айфон из-за хорошей камеры.
Мы живем в сказочное время. Гаджет позволяет делать снимки, осуществлять видеосъемку, порой даже в тепловом режиме, вести необходимые деловые переписку с отчетностью, моментально выходить на связь и, конечно, втыкать в Интернет да слушать музыку.
- С МП3? – в 2004-ом спросил у меня знакомец, глядя на плоский блин СД-плейера, висевшего на боку.
МП-3 в том отсутствовал и меня это не парило. Спустя пятнадцать лет даже крохи, играющие формат FLAC, сдались перед самым обычным телефоном и его памятью. А девяностые?
А в девяностые диски появились ближе к концу лихих и свободных и почти все это время мы существовали с мафонами. Разными, от тяжелых, ногу сломать можно если уронишь, наследников СССР и до китайского ширпотреба, порой даже разного уровня качества.
К августу 91-го года кого-то из знакомцев-одноклассников-друзей дома могли стоять качественные вещи, типа Грюндига, Сони или Акаи, привезенные с разных мест. Моряки дальнего плавания, дальнобойщики, ходившие в Польшу, даже ветераны-афганцы, порой привозившие с собой бытовую технику, поставляли мафоны до начала продаж всего и вся. У Евгения Владимирыча, например, сейчас вообще пользующегося только смартфоном, вся техника дома была привезена из Ирака, а его отец носил самые настоящие часы с дарственной надписью самого Хуссейна. Жизнь штука такая, чего в ней только не случается.
В девяностые рынок затопили не прост подделки, а подделки прямо с цирковой наклонностью к смеху. Фунайва, Панасканик и куча прочей белиберды, собираемой на коленках в китайских сараях, шла за относительно неплохой источник музыки. Первыми шли относительно неплохие Sanyo и прочие, с непроизносимыми названиями, копирующие американские бумбоксы времен первого «Смертельного оружия» и рэппера Ваниллы Айс. Ну, помните, такие прямоугольники на одну деку и с круглой отделкой самой колонки? Где еще светились по кругу лампочки? Вот такое шайссе заходило самым первым, выдерживая где-то пару месяцев.
Самым «пацанским» брендом оказался Интернешнл и все его производные. Скромный черный двухкассетник, бодро хрипевший в гаражах даже в нулевых. Падавший с лавок во дворах, на ступени подъездов, порой с балконов, но, скрепленный клеем, матом и подростковым желанием слушать любимый музон – снова воскресавший. Туда же относился наш ИЖ, тогда еще живой.
К середине девяностых появилась классика: Айва, Шарп, Панасоник и остальные, крепкие, с радио и двумя деками, полюбившиеся всем за возможность купить одну кассету и переписать всем своим, не парясь насчет денег. Звук у них тоже был куда лучше, обладая даже вполне хорошими эквалайзерами. Через пару лет их уже подпирали настоящие бумбоксы Филипс, где вовсю юзали диски, центры, кушавшие в себя сразу по пять тонких блинов с аудиозаписями и музыка перестала быть чем-то очень важным. Она стала привычно-обычной. Ну, либо просто мы выросли.