Я шел сквозь дождь и мрак, в ряду товарищей своих.
Над гладью рисовых полей всю ночь клубился вихрь.
За горизонтом спорил гром с зарницей молодой.
Мы молча шли, мы молча шли меж небом и водой.
Мы все мечтали о тепле, о треске камелька.
А дождь все льет, а дождь все льет, нигде ни огонька.
Вдруг я услышал впереди какой-то легкий шаг.
Притих на время плеск воды и расступился мрак.
Во тьме мы встретили друзей,
их смех и голоса,
и мимо девушка прошла,
как света полоса.
Я слышал только голос твой:
— Вперед! Нас ждут бои!
Быстрей вперед, быстрей вперед, товарищи мои!
Она исчезла в темноте,
смолк милый голосок.
Наш путь был дальше, на Донг-тхап, их путь был — на восток.
Не знаю, как тебя зовут,
и смутен образ твой:
ты в черной куртке и штанах,
винтовка за спиной.
Ты далеко, ты далеко
ушла в рядах бойцов.
Фонарик светится вдали
или твое лицо?
Винтовка у меня в руках, такая ж, как твоя.
— Быстрей вперед! Быстрей вперед’ твой голос слышу я.
Героический Север
Ты ясным взором смотришь в небеса, зенитчик славный, Севера солдат. Америки крылатые гробы уже взрываются! Уже горят!
Овеяна геройством Дьен-бьен-фу земля, где правят мужество и честь. Захватчикам лишь только для могил на этих параллелях место есть.
От самого Ланг-шона до Ка-мау единым строем поднялись мы, друг, пригорок каждый бастионом стал, и пиками щетинится бамбук.
Враг столько лет на Юге нас терзал. Не счесть потерь, не перечислить ран За все страданья Юга наглецам сурово мстят зенитки северян.
Наш Север, Север Юга моего,
Костяк крыла и стебелек цветка.
Когда стервятники бомбят Донг-хой, бурлит от ярости Меконг-река.
Мы здесь, на Юге, насмерть бьем врага, земля вся в ранах, в полосах траншей, зато на Севере восходит рис
и матери качают малышей.
Зато на Севере восходит дым из труб заводов, где свободный труд.
Там новой жизни свежие ростки —-могучи корни и цветы цветут.
Наш Юг и Север — как одна рука в две тысячи горящих верст длиной,
пять пальцев — пять мечей. И мы врага задушим этою рукой одной.
Твои орудья смотрят в небеса, зенитчик славный, Севера солдат.
Но и винтовка старая моя наведена на те же цели, брат.
Винтовка или гром у нас в руках, одной решимостью полны сердца.
Свободу любишь — спину распрями, коль хочешь мира бейся до конца.
Все множат счет подстреленных ворон и ваш Нге-ан, и наша Ба-риа.
И Юг и Север вместе победят, мы разгромим захватчиков, друзья!